Ежедневный номер

Рассказ этой удивительной женщины с живыми и добрыми глазами, Е.Павловой записал ветеран войны А.Васильев, которого потрясла судьба труженицы тыла, награжденной медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-45 гг.»

Дети репрессированного

—Война пришла неожиданно,—рассказывает Евгения Ильинична Павлова. —Мы, ребятишки 12-14 лет, услышав о ней, не понимали еще, что надвигается голод, разруха и смерть. Хотя горя уже и хлебнули: папу забрали в 38-м как врага народа по 58 статье, и через год расстреляли. Маму выслали из казенной квартиры и мы пошли скитаться по частным домам.

Мама, безработная женщина с 5-ю классами образования осталась с двумя девчонками на руках. Но как раз в это время в наш небольшой городок Петропавловск, что в северном Казахстане, стали поступать эвакуированные заводы, которые нужно было срочно восстанавливать.

Все были одержимы одним желанием сделать все, чтобы разбить ненавистного врага. Взрослые говорили: если быстро установим заводы, освоим новые специальности, то врага одолеем быстро. Но маму из-за папы никуда не принимали, нас тоже. Мы с сестрой каждое утро обивали пороги одного завода за другим. Везде был отказ. И вот однажды мне повезло! Сжалился инспектор по кадрам И.Трифонов, после длительного предварительного разговора со своим начальником принял меня разнорабочей на радиозавод N 641. Так в то время назывался оборонный завод, изготавливающий для военных целей радиоприборы и снаряды.

От того, что меня приняли на завод, радости не было конца. С особым рвением я принялась за работу со взрослыми, стала выполнять различные задания. Это и разнос кирпича на носилках, и выемка ведрами воды из котлованов. Работа начиналась в 8 утра и до самого вечера с подсветкой (переносная эл. лампа). Особенно было трудно зимой. Морозы, как назло, всю войну стояли суровые, бывало веревка, которой привязано ведро, так обледенеет, что невозможно поднять это ведро. Ноги замерзнут: вода постоянно попадала на ботинки, а у них брезентовый верх и деревянная подошва.

Но вот, наконец-то, построили первый станочный корпус. Это деревянное здание, типа длинного барака, законопатили ветошью между досками, установили прямо на земле станки в два ряда.

На станки попали счастливчики, которые были постарше нас на год-два. Но нам тоже повезло. Через полгода нас направили учиться в ФЗО на 3 месяца. День—учеба, день—практика. И вот, наконец, мы—станочники!

Виртуозная станочница

Мне достался немецкий красавчик «Герберт». Он-то и вывел меня в люди. А был это станок с большим «корытом»-станиной с блестящей фигурной головкой, красивыми удобными рукоятками. На нем детали можно было изготавливать только из прутков латуни и эбонита, которые при обработке сильно нагревались. Чтоб дотянуться к рукояткам, подставляли ящики, поднимались по ним, как по крыльцу. На каждый вид изделия были установлены жесткие нормы. Работали по 16-18 часов, а иногда и вообще не выходили с завода. Прикорнешь возле станка три-четыре часа, сидя, и снова—за работу.

И все же дорвавшись до станка, я чувствовала себя самым счастливым человеком, нормы перевыполнила настолько, что даже опытные работницы, те, что пришли на завод раньше нас, удивлялись. Пытались сделать то же самое, а когда не получалось, стали подозревать: не в сговоре ли я с кладовщицами. Их тревожило и то, что из-за меня снизят расценки. Стали жаловаться руководству цеха, уверяя, что здесь дело не чистое.

За мной вскоре установили контроль. На антресолях поставили технолога на несколько дней, у станка не-
отлучно—нормировщика, стало строже и внимательнее принимать мои детали ОТК. Было поручено следить за мной мастерам и наладчикам. А я, кстати, ничего не подозревая шпарила себе, как автомат. Подхлестывала мысль, что так вот может и война быстрее закончится.

Вскоре подозрение ко мне отпало. Больше того— мои успехи стали отражать в молниях, заводских стенгазетах, нередко с фотографиями. Закрепили за мной учеников.

И вот наконец-то долгожданная Победа пришла! Сколько было радости и слез, описать невозможно. Но работа на заводе почему-то продолжалась в том же строгом режиме, только теперь с выходным днем раз в неделю...

Так жили тогда многие труженики тыла. После войны Евгения Павлова вышла замуж и уехала с мужем в Саратов, где живет и сейчас в Ленинском районе.

Алексей ВАСИЛЬЕВ