Еженедельный номер

Без музыки

Сельская школа легко рассталась с талантливым педагогом

В сентябре, в самом начале нынешнего учебного года, среднюю школу села Звонаревка Марксовского района покинула молодая учительница музыки Ольга Кацуба. Написала заявление по собственному желанию и ушла. Не потому, что зарплата маленькая, а работы много, хотя, конечно же, могла объяснить свой шаг и таким образом. И не потому, что нынешние дети «ну просто невозможные», как говорят многие учителя. Наоборот, в последний день, рассказывает Ольга, ребята провожали ее до самого порога—в отличие от коллег. Школа осталась без музыки.

Чтобы стало понятно, в чем трагедия, следует сообщить, что Ольга Кацуба—учительница очень молодая. Встретила бы ее на улице, приняла бы за студентку. А вообще-то Ольга закончила эту же школу в Звонаревке, училась у тех же учителей, с кем потом работала. Успела получить диплом преподавателя музыки Саратовского пединститута, окончила заочно экономический. Так что у нее два высших образования. Своих коллег и бывших учителей Ольга поразила тем, что, едва начав работать, защитила право стать педагогом высшей категории, а также поступила в аспирантуру пединститута и принялась работать над диссертацией, посвященной организации и проблемам преподавания музыки в сельской школе. Активно сотрудничала с Саратовским институтом повышения квалификации работников образования, разработала несколько своих авторских учебных пособий, специально адаптированных к обучению музыке сельских детей. В школе всегда была душой и главным устроителем утренников, елок, спектаклей и балов.

Ее любили дети, ей завидовали учителя. Почему любили—это понятно. Успеть сделать так много, не опираясь на поддержку тех, для кого в первую очередь все это делается, невозможно. А Ольга настолько открыта, эмоциональна, непосредственна, что сама, пожалуй, недалеко ушла от своих воспитанников, оставаясь между тем педагогом. Ценное свойство, между прочим. Зависть тоже вполне понятна: иные всю жизнь «сидят» в опостылевших классах, за мизерные деньги, имея квалификацию не выше 12-го разряда. А для того, чтобы стать педагогом высшей категории, получать прибавку к жалованью, почет и уважение, надо работать и работать, причем творчески. Понятное дело, не хочется. У директора, у завуча 12-й разряд, Ольга всех перепрыгнула. А тут еще аспирантура, кандидатская. Такого в селе не видывали. Сиди себе тихо, и никто тебя не тронет.

Ольга мне рассказала, как ее не отпускали сдавать экзамены (или работай, или учись), как пытались отменять открытые уроки, но, к счастью, решение об аттестации принимает не школа. Может быть, администрацию школы раздражали выступления Ольги на родительских собраниях. Однажды она сказала всему звонаревскому люду, что отказывается заниматься внеклассной работой бесплатно. В школе есть замдиректора по воспитательной части, который все сваливает на нее, а за что сам деньги получает? Ясное дело, вынесла сор из избы, в школе это особенно не любят. Конечно, сорвалась тогда от обиды и безысходности. Попробуйте при нынешней жизни вытерпеть руководителя воспитательного процесса, которому «подкатило» к 70 годкам, или то, что школа увешана живописными полотнами эпохи соцреализма и лозунгами типа «Наша Родина—СССР». Причем не от бедности, а из идейных соображений. Однако, нажаловавшись родителям, все равно работала так, как прежде.

Прошлое лето Ольга запомнит, наверное, на всю жизнь. Тяжело болел отец, совсем сдала мама. Ездила с родителями по больницам, измоталась вконец. Уже в августе, когда надо было выходить на работу, врачи сообщили: отец совсем плох, забирайте домой. Если кто не знает, с 25 августа для музыкальных работников школ начинается горячее время, надо готовить торжественную линейку к 1 сентября. А у Ольги—похороны, 26 августа умер отец. Молодой женщине казалось тогда, что умерло все. Ольга, что называется, папина дочка. Совсем слегла мама, а в начале сентября с нервным срывом попала в больницу и сама Ольга. Хорошо еще, что на работе пошли навстречу: Раиса Легезина, директор школы, разрешила ей в день похорон не выходить на работу. Потом к Легезиной приходил муж Ольги и спрашивал, когда писать заявление об отпуске без содержания—Ольга находилась рядом с матерью. Его заверили, что все в порядке, беспокоиться не надо, все все понимают. Когда же Ольга, отлежав сама в больнице, вышла на работу, ей предложили написать объяснительную насчет прогулов (пока хоронила и болела). Раиса Легезина сообщила, что на эти дни готов приказ о вынесении ей выговоров, в перспективе—увольнение по статье 33 КЗОТа Ольга выбрала увольнение по собственному желанию и сейчас работает в вычислительном центре кооперативного института. Бороться за свои права, говорит, не было уже сил. А Раиса Легезина считает, что поступила верно.

Когда О. Кацуба приходила к нам в редакцию, я поинтересовалась, как обстоят дела с аспирантурой и диссертацией. Оказалось, никак. Ведь тема завязана на сельскую школу, и вычцентр для написания этого научного труда не подходит. И зачем тогда аспирантура? Ее родная звонаревская школа между тем преспокойно жила без уроков музыки, новогодние елки прошли кое-как. Сейчас, говорят, сюда нашли преподавателя, так что место занято.

Звонаревская школа—боль не только Ольги Кацубы, но и, похоже, ее родни. К нам приходил брат Сергей Кацуба, звонаревский фермер. Рассказывал, что его жена Тамара очень бы хотела устроиться в школу работать. Она педагог по образованию, в семье растут шестеро детей, хорошо учатся в школе, а Тамара тоскует без работы. Писала заявление в Марксовский роо, что согласна работать в школе на любой педагогической должности, но получила отказ—мест нет. Хотя есть—все село знает.

О школе по селу идут разговоры: с родителей собираются, мол, деньги на ремонт классов, а на что тратятся эти средства—неизвестно, никто перед родителями не отчитывается. За питание каждого ребенка, даже из многодетной семьи Кацубы, тоже собираются деньги, отчетности перед родителями нет. Школьники летом работают в агрофирме «Волга», есть ли договора на этот труд, сколько и кому заплачено за него—снова тайна. Впрочем, эти же вопросы задавала и я директору школы Раисе Легезиной и заведующей роо Галине Ореховой, но ни ответа, ни документов мне так и не дали. Даже интересно стало, что это за тайны такие от народа?

На самый главный вопрос этого повествования—о кадровой политике в школе—редакции «СВ» ответил министр образования области Сергей Суровов:

—Всегда следует обращать внимание на то, по какому принципу подбирают руководители кадры—по принципу личного интереса или по профессиональным качествам. Часто так бывает, что из личного интереса—лишь бы человек со всем соглашался, не шел наперекор. От этого страдает в первую очередь дело. Такого допускать нельзя. Мы стараемся отслеживать подобные случаи и ситуацию в Звонаревской школе берем под свой контроль.

Елена СТОЛЯРОВА