Ежедневный номер

Теперь и четверг станет «черным»?

Вчерашнее 47-е заседание Саратовской городской думы так и хочется назвать итоговым. Депутаты, конечно, будут собираться еще не раз. Будут принимать решения, что-то обсуждать. Тем не менее итог работы городского самоуправления ясен: вчера утверждены 100-процентные тарифы, по которым населению предстоит оплачивать горячую воду и отопление жилья. С 1 ноября, чтобы не замерзнуть, саратовцы будут отдавать за тепло из расчета 4 рубля 12 копеек за квадратный метр жилья, за горячую воду—41 рубль 14 копеек с человека. На этом же заседании увеличена стоимость проезда в городском электротранспорте—за билет отдадим 2 рубля 50 копеек, и повышен тариф на услуги МУПП «Саратовводоканал»—месячная норма холодной воды на человека теперь стоит на 1 рубль 35 копеек дороже, а услуги канализации—на 90 копеек. Словом, порезвились, а напоследок назначили в этот же день и дату своих выборов—24 декабря.

Если в среду, обсуждая предложенное городским комитетом ЖКХ увеличение тарифов на тепло до 100-процентного уровня, депутаты все же пытались возмущаться, взывать к гражданским чувствам генерального директора АО «Саратовэнерго» С. Самсонова, требовать каких-то гарантий предоставления качественного продукта от этой организации взамен на повышение, то вчера накал страстей сильно поувял. Конечно, в течение двух часов депутаты задавали вопросы Сергею Самсонову, Александру Павлову—председателю городского комитета ЖКХ, ситуацию комментировал Юрий Аксененко, мэр Саратова и глава городского самоуправления. Но ответы были уже известны и много раз проговорены на разных уровнях, чувствовалось, что и депутаты, и исполнительная власть внутренне смирились с неизбежным, считая, что другого выхода обеспечить город теплом и горячей водой в эту зиму попросту не существует. Фактически же переложили груз не решенных ранее проблем на плечи налогоплательщиков и избирателей.

—До конца года городской бюджет должен заплатить АО «Саратовэнерго» 500 миллионов рублей,—сообщил думе Юрий Аксененко. —Таких денег у нас нет. Оставшуюся часть долга—больше миллиарда рублей—мы должны отдать в течение 18 месяцев, что абсолютно нереально. В то же время существует соглашение между Саратовской областью и РАО «ЕС России», где обозначены обязательства областного бюджета перед Саратовом. Однако об их исполнении сейчас и речи не идет. На все мои обращения к губернатору ответа не получено. У нас не остается другого выхода, как согласиться с требованиями АО «Саратовэнерго».

Главное во всем этом то, что, принимая решение и обрекая население на непомерно высокую плату за тепловую энергию, городские власти катастрофически ошибаются, а, может, и не хотят думать о том, что вся эта затея с тарифами—пустое дело. Что население, несмотря ни на какие адресные субсидии, все равно не сможет платить. И о каких субсидиях может идти речь, если для этого опять же нужны по предварительным расчетам 400 миллионов рублей, в то время как нас убеждают, что бюджет пуст? Гарантий, что за эти деньги мы получим бесперебойное отопление и горячее водоснабжение, тоже не существует. Во всяком случае С. Самсонов дать эти гарантии однозначно не решился. И какой бы политический смысл ни вкладывал мэр Саратова в молчание областного руководства, может быть, это оттого, что есть поводы сомневаться в реализме формирования городской казны и рациональности в ее расходовании?

Как бы то ни было, саратовцы в очередной раз поставлены перед фактом: надеяться нам остается только на самих себя. И от этого становится еще холоднее. Кстати, как только завершилось голосование по тарифам, мэром Ю. Аксененко и гендиректором АО «Саратовэнерго» С. Самсоновым было объявлено долгожданное: в ближайшие дни в городе появится горячая вода, а с 1 октября будет включено отопление в учреждениях социальной сферы. Как видите, АО «Саратовэнерго» хватило одного только обещания властей взять деньги из самого верного источника—у нас с вами.

Елена СТОЛЯРОВА

Пока городские власти решали вопрос о стопроцентной оплате населением коммунальных услуг, репортеры «СВ» общались с квартиросъемщиками и задавали им только один вопрос: «Как вы относитесь к возможному взлету «коммунальных» цен?

—Я и так много плачу за жилье и коммунальные услуги,—возмущается Анвер, водитель, с которым мы побеседовали на улице Комсомольской,—если цены «задерут»—никаких денег не хватит... Дальнейшая, более эмоциональная часть высказываний, сводилась к следующему: «сервис», вероятно, останется на прежнем уровне, поскольку старые, вечно текущие трубы никуда не денутся, да и аварии на теплотрассах вряд ли прекратятся от того, что люди «раскошелятся».

—Боюсь, что цены взвинтят, а льготы урежут,—сокрушается пенсионерка Галина Елисеева,—но сейчас думаю лишь об одном: как зимой жить будем? В моей пятиэтажке—ледник...

Долги перед энергетиками, конечно, надо погасить. Но почему всю тяжесть борьбы с «ледниковым периодом» должны взвалить на себя люди, большинство из которых и так еле-еле сводят концы с концами?

Мы побывали и в настоящих трущобах на улице Кутякова. Не хочу сгущать краски, но квартиры в ряде домов находятся в ужасающем состоянии: трещины на стенах и потолках, холод, сырость...

—Обращалась во все инстанции: помогите с ремонтом!—чуть не плачет пенсионерка.—Все бесполезно. Зато за коммунальные услуги и квартиру берут деньги регулярно. Пенсии еле хватает, а если возьмут дороже..,—рыдания перехватывают горло. Женщина красноречивым жестом заканчивает, мол, только вешаться и остается.

Воспроизвести разговор с двумя студентами, которые, как объяснили, собирались снять жилье, невозможно. Узнав от нас о повышении цен на коммунальные услуги, до них дошло, что теперь хозяева квартир в свою очередь тоже поднимут цены, и изъяснялись в очень крепких выражениях, сами знаете, в чей адрес.

При всем разнообразии ответов люди сходились в одном: принять можно любые законы. Но удастся ли «выбить» деньги из тощих кошельков бюджетников, студентов и пенсионеров? Так что нас ждет? Ледник в квартирах или нищета, но в отапливаемых помещениях? Третьего, похоже, не дано.

Владимир ГРИГОРЕНКО