Еженедельный номер

Ход конем

То, что сегодня происходит с Еланским конным заводом, в очередной раз доказывает: у нас нет экономики, спит право и лишь одна политика безраздельно хозяйничает «от Москвы до самых до окраин». Пока что мы не в состоянии ни остановить дальнейшее разорение одного из старейших конных заводов в России, не восприпятствовать спекуляции на его имени, ни привести восьмилетнюю историю его «преобразований» к единой букве Закона.

Завод, который мы потеряли

...На Еланском конном заводе пропала лошадь. Во всяком случае, как ни лазили по кустам, что прячут от сторонних глаз и заброшенную контору отделения, и само отделение, а памятник лошади так и не удалось найти. Будто взял и ушел, рассердившись на людей, которые кичатся своей любовью к прекрасному животному, но не кормят. Этой зимой племенной скот, как олени, пасся на запорошенных снегом полях.

...На Еланском конном заводе пропал урожай. Видела своими глазами, как начальник районного управления сельского хозяйства вместе с заместителем министра минсельхозпрода области тщетно пытались отгадать, что же растет на здешних полях. В пятидесяти процентах случаев не угадывали.

Сегодня на спасении выращенного работает лишь половина уборочных агрегатов, выработка на один комбайн—3,1 (!) гектара. Плохо организованы труд, питание и отдых людей. Игнорируются правила противопожарной безопасности. Не готовы места приемки и хранения зерна. Огромные потери и при уборке, и при перевозке—поля и дороги усыпаны зерном. Даже то немногое, что выращено, не охраняется.

А люди где? Они безразличны, спокойны. Зарплаты в нашем с вами понимании не видели несколько лет, те 10 процентов от начисленного, какие по обыкновению здесь выдаются, задерживаются на несколько месяцев. Зачастую нет связи между рядовыми рабочими завода и руководством, информация подается в искаженном виде и, похоже, многие даже не представляют истинного положения вещей.

...На Еланском конном заводе при активном участии директора пропало... товарищество. То самое, против которого решением саратовского арбитражного суда было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) и была на три месяца введена процедура наблюдения. За ним числилось 535 человек, имущества на сумму 56305 тысяч рублей, 23694 гектара земли, в том числе 17019 гектаров пашни, коровы, свиньи, племенные лошади, а также долги в размере более тридцати миллионов рублей. Вместо него стал функционировать госплемзавод «Еланский».

Остался прежний директор Ольга Сергеевна Барашкова. Все, что происходит сейчас на территории конного завода и за его пределами, как мне показалось, направлено ею не на спасение памятника, лошадей, полей, людей, организованного ею же товарищества, а на спасение собственной репутации, сохранение себя в той же должности. Для этого она неделями пропадает в Москве, призывает на помощь столичного юриста, который профессионально защищает ее интересы. Вся беда только в том, что они не всегда совпадают с интересами Еланского конного завода.

Два—ноль в пользу Ольги Сергеевны

О том, как Барашкову пытались снять с работы в первый раз, я описала в своей статье «Все мы немного лошади. Каждый из нас по-своему». Все факты, в том числе анализ экономической и финансовой деятельности предприятия говорили за то, что Барашкова объективно не справляется.

Второй раз Барашкову пытались снять с работы месяц тому назад. Был даже подготовлен проект решения коллегии районного управления сельского хозяйства, где за многочисленные упущения (назывался целый ряд причин), предполагалось директора ТОО «Еланский конный завод» освободить от занимаемой должности.

Наша героиня взяла больничный, а специалистов хозяйства на собрание просто не пустила. Молодец, Ольга Сергеевна! Не научились еще ни в Самойловской администрации, ни в областном минсельхозпроде с вами воевать. «Два: ноль» в вашу пользу!

Воодушевленная Барашкова развивает активную деятельность не по сохранению старого предприятия, а по созданию нового—государственного племенного конного завода «Еланский», имеющего, по ее словам, статус федерального. Чтобы отвести от себя всяческие обвинения, она пишет во все инстанции и о необходимости всесторонней помощи «новорожденному», предупреждает о нависшей опасности над градообразующим предприятием, просит оградить его от действий кредиторов, способных нанести финансовый ущерб ГПКЗ «Еланский», его трудовому коллективу и их семьям.

На самом деле она немного лукавит. Снимают с работы и за меньшее количество долгов, а тут их сколько... Задолженность по зарплате—1261 тысяча рублей. В бюджет—2073 тысячи. В продкорпорацию—1148 тысяч. Минсельхозпроду—3344. Огромные деньги—более восьми миллионов рублей—пенсионному фонду. Удивляет отсутствие должной реакции со стороны самых крупных кредиторов: ни тебе приглашения в суд, ни тебе «мальчиков с автоматами» из налоговой полиции. Откуда такие послабления для злостного должника?!

Лишь у одного из почти пятидесяти кредиторов сдают нервы, и в мае этого года Саратовский арбитражный суд, удовлетворяя иск ЗАО «Хлебопродукты облпотребсоюза» к ТОО «Еланский конный завод» (!) возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве). Введена процедура наблюдения, назначен временный управляющий—Виктор Шестипалов.

На него были возложены нелегкие задачи, в том числе и по обеспечению сохранности финансового состояния ТОО (!), возможностей восстановления его платежеспособности, и так далее.

Несмотря на начавшуюся процедуру банкротства, Барашкова полным ходом завод в соответствующих инстанциях регистрирует. Товарищество «Еланский конный завод» тоже зарегистрировано и также продолжает существовать. Барашкова носит в одном портфеле две печати, и в случае необходимости пользуется то одной, то другой. Иногда даже путая, какую где ставить. И опять никаких активных действий со стороны той же налоговой инспекции Самойловского района или прокуратуры не следует.

Москва слезам не верит

А что же кредиторы? Уже на своем первом собрании 20 июля они могли бы принять решение о введении на ТОО «Еланский конный завод» процедуры внешнего управления. Тем более что Барашкова в своем выступлении так и не смогла предложить иного плана оздоровления, кроме заема очередного кредита. Но банки его дают не просто так, а под что-то. Особо ценного же имущества у создавшегося в спешном порядке ГПКЗ «Еланский» нет, за исключением, может быть, 900 гектаров земли, что не успели раздать селянам при приватизации земли.

Голоса кредиторов разделились на две почти равные части. Перевесили те, кто в очередной раз поверил обещаниям Ольги Сергеевны расплатиться по долгам. И как ни внушал им глава района Карл Карлович Вагнер, что другого способа спасения хозяйства нет, как ни доказывал, что нет у Еланского конного завода урожая, способного удовлетворить требования хотя бы части кредиторов—не помогло. Решающее слово остается вновь за саратовским арбитражным судом, который должен в конце сентября все-таки назначить внешнего управляющего. С его приходом у многих появится надежда и на финансовое оздоровление предприятия, и на выплату долгов.

Судя по тому, что в борьбу уже включились первые лица министерства сельского хозяйства России, борьба вокруг хозяйства разворачивается нешуточная. В частности, первый замминистра С.А.Данкверт в своем письме от 28.07.2000 г. настаивает и на существовании завода, и на том, что его директором является Ольга Сергеевна Барашкова. Он, правда, не говорит, кто будет отвечать по долгам. Минсельхозу России весьма выгодно иметь «чистенькое», без единого пятнышка хозяйство, занимающее едва ли не десятую часть земель Самойловского района.

Если бы Самойловский район выпускал ядерное оружие или изготавливал атомные подводные лодки, обеспечивал страну молибденом или занимался огранкой алмазов, перспектив для развития у него было бы гораздо больше, чем сейчас. Но пока Самойловка—это традиционные хлеб, мясо, молоко, еще разве что сыр с местного перерабатывающего заводишка.

Не хочется сыпать соль на раны, но у нас никто, занимаясь только растение- и животноводством, особо не разбогател. Самойловка тоже выживает за счет дотаций: 1998 год—51 процент, 1999—36, I полугодие 2000 года—63. Даст Бог, уберут самойловцы хороший урожай, расплатятся сельхозпредприятия к концу года хотя бы с частью долга (больше 240 миллионов рублей), и начнут опять просить помощи и дотации.

Все это я веду к тому, что у главы районной администрации Карла Карловича Вагнера нет другого способа поднимать экономику района, кроме как серьезно занимаясь сельскохозяйственным производством. Посулами какими или силой затаскивать сюда грамотных экономистов, юристов, ученых того же агроуниверситета, специалистов по реформированию областного минсельхозпрода с тем, чтобы как можно эффективней заработали существующие коллективные хозяйства. И, наверное, Самойловскому району тоже нужна какая-то своя, особая реформа. Но только не такая, как на Еланском конезаводе.

P. S. В этом материале нет ни слова про областное министерство сельского хозяйства и продовольствия. Судя по тому, как лихо Ольга Сергеевна его игнорирует, у нее там нет ни одного серьезного противника.

Светлана ЛУКА