Еженедельный номер

Неизвестно, какими доводами руководствовался судья, посадив обвиняемую во время заседания в «клетку» (для устрашения ли или для того, чтобы почувствовала все прелести жизни преступников), шаг его возымел действие. На лице немолодой женщины читалось смятение. Майя Викторовна слушала бывших подчиненных и думала: «Как случилось, что она, заслуженный учитель России, стала в одночасье опасной рецидивисткой».

Несколько лет назад в Саратовском филиале Вольского технологического техникума ( который готовил кадры для завода технического стекла) стали платно обучать специальностям «Правоведение» и «Экономика, бухгалтерский учет и контроль». Сначала все шло замечательно. Его директора, Майю Трушкину, сумевшую «нищее» учебное заведение сделать процветающим и престижным, хвалили, где только можно. В августе 1997 года губернатор вручил ей знак «Заслуженный учитель России». Как не позавидовать было преподавателям филиала, когда его классы отремонтированы и оборудованы новейшей техникой и компьютерами; сотрудники вовремя получают зарплату и имеют доплату за питание. Ко всему прочему директор взяла тогда на себя смелость оплачивать труд приглашенных специалистов так, как они этого заслуживали, — высоко. Работа филиала привлекла внимание академии права. В 93-м году его руководство договорилось с техникумом о включении заведения в систему юридического обучения в Саратове. На правах колледжа. Словом, все было хорошо... Пока...

Первоначально зависть и стала той «нечистой» силой, что привела теперь уже бывшего директора Майю Трушкину на скамью подсудимых. После того, как о положительном опыте филиала узнали в городе, нашлось немало желающих пригреть его под своим крылом. Вдруг вспомнилось, например, что генетически филиал принадлежал к системе образования Госстроя. Возникли планы включить его в состав строительного колледжа. У оппонентов пошло в ход излюбленное оружие — комиссии. Придирались не к учебно-воспитательному процессу, упрекали слишком большим количеством хозрасчетных групп, преподавательской зарплатой. «Жируете!» — заявил директору один из членов одной из многочисленных комиссий. В вину Трушкиной ставилось и то, что она просрочила лицензию на право проведения образовательной деятельности. Майя Викторовна утверждала, что это ошибка оформлявших документ чиновников, — обычно лицензия выдается на более длительный срок. Спас от наказания «сертификат государственной инспекции по аттестации учебных заведений России», на котором стояла дата —действителен до 2001 года.

Коллектив филиала защищался, как мог. В письме, которое он отправил в адрес Государственного комитета РФ по жилищной и строительной политике, а также в СМИ, стояло пятьдесят девять подписей. «Пусть нас не трогают и дадут возможность спокойно работать» — говорилось в нем. Образовалась группа поддержки из числа студентов, их родителей, руководства академии права, администрации Ленинского района, АО «Саратовстекла». В 97-м статьи в защиту Трушкиной, акции протеста общественности возымели действие. От филиала «отстали», руководство строительного колледжа от притязаний отказалось. «Кольцо 5-го троллейбуса», рядом с которым находится техникум, на время перестали навещать комиссии. В 98-м заведение превратилось в отделение экономики и права Всероссийского Государственного колледжа строительства мостов и гидротехнических сооружений.

В 2000 году на Майю Викторовну заводится уголовное дело. Поводом к началу расследования послужило заявление бывшего инженера по техническому оборудованию, а ныне заместителя директора, о незаконном присвоении Трушкиной казенного холодильника. После ей предъявили и другие обвинения: в неправомочном использовании казенных средств, служебном подлоге, злоупотреблении должностными полномочиями.

Эпизод первый. Холодильник

Начну с конца. Суд снял обвинение по этому эпизоду. И все же Майя Викторовна, купив злосчастный холодильник пять лет назад, не ожидала, что теперь доказать свою невиновность будет нелегко. Изложу факты: в августе 96-го года совет учебного заведения решил приобрести холодильники для лучшей организации питания студентов —два больших и два небольших. Инженером, проявившим инициативу, были выписаны счета на предварительную оплату в фирме «Рим». Одновременно Майя Викторовна дает ему наличными деньги на покупку собственного холодильника. Попросила пометить свою коробку, написав на ней фамилию «Трушкина». В техникуме обнаружилось, что один из четырех холодильников не той марки и не совсем новый. Ее подчиненный объяснил, что бывший в употреблении агрегат продала продавщица, его знакомая, уезжавшая в Америку, и в общем-то какая разница, какой он марки будет, —«Минск» новый, неремонтировавшийся. Документы на него он принес спустя месяцы. Как объяснила Майя Викторовна: «Настаивать на обмене холодильников было бесполезно — владелица уехала, инженер отказался заменить «Минск» на «Стинол», обращаться в правоохранительные органы не стала, так как боялась огласки». Казенный холодильник она тогда же вернула, ей—денег возвращать никто не собирался. Словом, инцидент был исчерпан. Удивляет другое — как он вообще всплыл на суде.

Эпизод второй. Парикмахерские услуги и массаж

Несколько лет подряд в техникум приходила специально приглашенная женщина и бесплатно стригла его работников. Теперь же Майю Викторовну «кололи» тем, что она незаконно тратила средства заведения. То же самое говорилось и в отношении массажа. От обвинения ее спасло то обстоятельство, что, согласно решению Совета коллектива, часть денег могла быть использована на социальные нужды — подарки, премии и тому подобное. Получалось, что решение о приглашении парикмахера она принимала не единолично, а коллегиально. Речь на судебном заседании шла и о налогах, в том числе говорилось и о том: стали бы прибегать к услугам парикмахера сотрудники техникума, если бы из их зарплаты высчитывали деньги за это. Трушкина ничего не отрицала. Прокурор этот эпизод попросил судей далее не рассматривать.

Эпизод третий. Дипломы и экстернат

В данном случае много путанного и непонятного, но именно он стал решающим для обвинительного заключения. Дело в том, что в любом учебном заведении есть студенты, которые по тем или иным причинам не могут посещать очные занятия. Например, беременные, больные. Тогда они пишут заявление на имя директора заведения с просьбой перевести ее или его в режим свободного обучения, заниматься по индивидуальному плану. Единое правило: заочники также сдают экзамены и защищают диплом. Такое обучение имеет определенные льготы в оплате. Решение по этому вопросу должен принимать Совет педагогического коллектива. Майе Викторовне поставили в вину то, что она произвольно разрешала экстернат и выдавала дипломы, а значит, имела какую-то личную заинтересованность; протоколы заседаний государственной экзаменационной комиссии оформлялись задним числом, а выпускники не расписывались в книге выдачи дипломов. Часть преподавателей-свидетелей отказалась признавать свои подписи в документах ГЭКа и показывала, что фамилии студентов дописывались по просьбе Майи Викторовны. Однако уличить — «брала ли она за дипломы деньги» —обвинителям не представилось возможности. Не было предъявлено ни одного доказательства.

На слушании многие бывшие коллеги свидетельствовали не в пользу обвиняемой, признавая, однако, что благодаря именно ей существует колледж. Некоторые мучительно подбирали слова, было видно, как происходит внутренняя борьба. Я зауважала женщину, которая, очевидно, получила какую-то установку, но не смогла говорить неправду —плакала и молчала. Другие стыдливо отводили глаза от Майи Викторовны. Она же вины своей не признавала, повторяла, что, если в работе и были ошибки, она делала все только во благо дела. Не могла использовать колледж — «любимое дитя»— в корыстных целях. Суд все же счел Трушкину ( без признания личной корысти) виновной, дав шестидесятитрехлетней женщине срок — год, но одновременно освободив от наказания по амнистии.

Борьбу за свое честное имя Майя Викторовна собирается продолжить, обжаловав решение суда. Считает, что ее дело — не частный случай: на скамье подсудимых или «клетке» (как в случае с Трушкиной) может оказаться любой руководитель, кто в силу своих служебных обязанностей ежедневно сталкивается с учебно-организационным процессом и хозяйствованием и у кого могут возникнуть подобные проблемы. Получается, полагает она, что если кто-то позавидует черной завистью твоему успеху, то легко может найти кучу недостатков и ошибок в работе, написать донос. Особенно теперь, когда платное обучение повсеместно распространено.

История Майи Викторовны похожа на сказку про колобка: я от бабушки ушел, я от дедушки ушел... От Минстроя отбрыкалась, от комиссии Министерства образования «ускреблась», от УБЭПа ушла. Споткнулась на собственном сотруднике...

Ева Юсупова