Ежедневный номер

Банкротом можешь ты не быть...

Странное дело. Изначально благородная по своей сути цель—финансовое оздоровление сельскохозяйственных предприятий—в процессе их реформирования искаженно трансформировалась и свелась в большинстве случаев к одному—банкротству хозяйств, а следовательно—повальной распродаже и разворовыванию материально-технических ресурсов, построек, ликвидации скота, дальнейшему обнищанию сельского населения. Короче, хотели как лучше... Причем так увлеклись этим процессом, что стали считать банкротство чуть ли не панацеей от всех бед, свалившихся на крестьянские головы. Хотя издавна и на Руси, и во всем мире слово «банкрот» считалось чуть ли не ругательным, носило оттенок катастрофы и тот, кто им невольно становился, зачастую сводил счеты с жизнью.

Разумеется, мы никоим образом не подталкиваем никого именно к такому радикальному способу решения этой проблемы, но искать пути выхода из финансового тупика, в котором оказался АПК, надо. И вот какие мнения и предложения прозвучали на прошедшем неделю назад заседании высшего экономического совета при губернаторе области, на встречах с учеными, специалистами сельхозпроизводства, финансистами. Конечно, это не истина в последней инстанции, но все же...

(Окончание. Начало в N 12 за 25 января)

Как сообщил руководитель территориального органа федеральной службы России по финансовому оздоровлению в Саратовской области В.Буров, 75 сельхозпредприятий в 19 районах области находятся сегодня в разной стадии банкротства—конкурсного производства, внешнего управления. По районам картина выглядит так: в Аркадакском и Балашовском—по 2 в каждом, Дергачевском—4, Духовницком—6, Краснокутском—7, Питерском и Ртищевском—по 10, Марксовском—11 и так далее.

Результаты этого процесса, по мнению В.Бурова, пока неутешительные. Вся процедура в основном сводится к списанию долгов, но никак не к финансовому оздоровлению сельхозпредприятий. Сначала «вытаскивают» из них всю технику, разоряют помещения, а когда там появляются управляющие, то банкротить уже практически нечего.

Очень важный вопрос—качество подготовки арбитражных управляющих, специалистов по селу среди них очень не хватает. Некоторые из них не в силах отличить рожь от пшеницы, «Беларусь» от «Алтайца». Да и социальная сфера села требует особого внимания. Можно себе представить, какую практическую «помощь» окажет селянам такой горе-управляющий. Поэтому не лишне было бы организовать на базе Саратовского государственного аграрного университета курсы по целенаправленной переподготовке арбитражных управляющих именно для села.

По мнению первого вице-президента фирмы «Зерно Поволжья» Ю.Агеева, идеальный вариант выхода из финансового кризиса в АПК—списать с сельхозпредприятий все долги и начать работать «с чистого листа». И такой законопроект в Госдуме вроде бы уже разрабатывается. Но и нам самим нужно что-то предпринимать в этом направлении. К примеру, возможна такая схема: 30 процентов долгов заплатил, 70 процентов их тебе списывают. Возможны варианты.

Юрий Дмитриевич предлагает также освободить перерабатывающие предприятия от частичной уплаты налогов, ввести в практику договоры-контрактации, то есть предварительное финансирование, «оживить» лизинг, оказывать помощь сельхозтоваропроизводителям в реализации их продукции. А то уж больно много развелось ныне посредников-перекупщиков, их усилиями ежемесячно за пределы области уходят 50-60 миллионов рублей.

—Процедура банкротства в нашей российской действительности выглядит весьма странно,—считает депутат районного собрания Балашовского муниципального образования, а до недавнего времени начальник управления сельского хозяйства этого района Т.Саврасова.—Ведь сначала дается 18 месяцев на санацию, то есть оздоровление предприятия. На практике такое бывает очень редко. Вводится вначале конкурсное, затем внешнее управление, как правило, делается вывод о нецелесообразности дальнейшего развития данного предприятия. Тогда собираются кредиторы и голосуют за то, чтобы предприятие обанкротить, а его долги раздать. И им в принципе все равно, что продать, кому и по какой цене. Лишь бы соблюсти свои интересы.

Вот обанкротили Пинеровский ЖБИ, там, где стоял огромный завод, теперь пустырь. Ну ладно, подобных заводов в области немало, а ведь земля у нас одна и она должна все время работать. Поэтому банкротство для селян—смерти подобно, это не путь для оздоровления России. Это сокращение пахотных земель, уменьшение поголовья скота, техники, ликвидация социальной сферы.

Нас также не миновал этот процесс: в районе попали под банкротство два хозяйства. Но с помощью московских инвесторов—агрофирмы «Золотой колос» и «Химпромстандарта» удалось выкупить их активы, поддержать деньгами и техникой. К примеру, только в одно «лежавшее по боку» хозяйство—«Россия»—инвесторы вложили 30 миллионов рублей. И теперь там в обороте 6 тысяч гектаров пашни, 2 тысячи засеяно озимыми. И деревня ожила: люди работают, стабильно получают зарплату, а также деньги за свои земельные паи. И крестьяне из других сел уже не попрекают нас: мол, продали в рабство, отдали в кабалу и так далее. Они теперь сами просятся в «Россию», хотят жить и работать там. А кто будет хозяином—для них уже не так важно.

По мнению проректора СГАУ А.Гузева, беда еще и в том, что подавляющее большинство хозяйств области имеют только устаревшие уставы и больше никаких других документов, в том числе карт полей и т.д. А без приведения дел в организационно-правовую норму, установления строжайшей технологической дисциплины и главное—наделения каждого руководителя персональной ответственностью ни один уважающий себя банкир не рискнет связываться с селом.

Консультант фирмы «Аудиторский дом» А. Курешов с этими выводами полностью согласен и, в свою очередь, считает, что путаница в период приватизации при определении формы собственности, а также дальнейшие правовые изъяны с целью экономии дорого обходятся владельцам. Вакханалия с юридическими документами, по его словам, может привести к тому, что опытный юрист при желании вправе оспорить практически все сделки.

Этой же мысли—как можно быстрее привести в порядок учредительные документы и земельные отношения—придерживается и начальник Главного управления Центрального банка России по Саратовской области Ю.Зеленский. По его словам, у нас это дело находится на очень низком уровне.

Насчет списания долгов с сельхозпроизводителей Юрий Борисович категорически не согласен, называя подобные настроения не иначе как «экономическим хулиганством». И эту свою мысль он подкрепляет цифрами. Если в прошлом году в целом по России доля «сельских» кредитов составила 0,9 процента в общем объеме вложений, то в Саратовской области—8,3. 14 банков, работающих с селянами, выдали им кредитов почти на 700 миллионов рублей, гораздо больше, чем в прошлые годы. Да и показатель их возврата—93,5 процента опасений главному банкиру области не внушает. Так что не все так плохо?

Как всегда, полон «портфель предложений» у одного из самых опытных организаторов сельхозпроизводства, ректора СГАУ Б.Дворкина, кстати, одного из ведущих разработчиков концепции развития агропромышленного комплекса Саратовской области до 2005 года. В частности, он предлагает, по примеру Запада, усилить господдержку аграрного сектора экономики, ввести для селян льготное кредитование, если не списать полностью, то хотя бы отсрочить передовым сельхозпредприятиям выплату кредиторской задолженности, ввести повсеместно, по опыту Лысогорского района, единый налог на землю, пересмотреть структуру полей: где, что и когда оптимальнее всего сеять, сделать упор на кооперацию, позаботиться о кадровом обновлении села. По словам ректора, их университет за последнее время подготовил 200 «резервистов»—сельских руководителей, а по специальности работают единицы. Нет денег на их обустройство.

* * *

Итак, мнения ясны, предложения высказаны. Что дальше? А дальше—дело за правительством области, которое, думается, должно все это учесть, с помощью специалистов, детально проанализировать положение с финансовым оздоровлением сельхозпредприятий и особенно банкротством, которое, как выяснилось, приняло в последнее время какой-то целенаправленный затяжной характер. В результате должна появиться четкая всеобъемлющая система, с разбивкой по районам: кого следует банкротить, кого—нет, а если да, то когда, каким образом и к чему в итоге это должно привести. Короче говоря, в каждом конкретном случае к этому процессу надо подходить дифференцированно, а не стричь всех под одну гребенку. И еще. Этот процесс обязательно должен быть прозрачным как для властей, так и для общественности и полностью подконтрольным. Хватит уже кое-кому «ловить рыбку в мутной воде», а всем нам постоянно наступать на одни и те же грабли.

Александр ТИШКОВ