<<< Вернуться ПОРОГ ТОЛЕРАНТНОСТИ: ЭТНОКУЛЬТУРНЫЙ АСПЕКТ Дзарахова Зейнеп, кандидат исторических наук Чтобы лучше понять современное состояние ингушского общества, наиболее часто встречающиеся особенности его национального характера, необходимы знания о том, в каких условиях шло формирование его сознания, что является определяющим в его нравственной культуре. Ингушское общество издревле осознанно создало такую систему культурных ценностей, которая не приемлет неличностей, задавало определенный тон созида-тельной роли индивидов. Общественная жизнь подтягивала индивидуальное, вызывала к жизни достойное, чтобы иметь признание этим обществом, выработавшем требования к укреплению духа, гордости и достоинства. В ингушском обществе чувство толерантности определяет отношение и требование к себе и людям, заставляет контролировать свои мысли, дела и поступки. Но существует порог толерантности, который опредмечен через явления социальной нетерпимости народа, выраженные через нравственные критерии. 1. Роль толерантности в ингушском обществе Толерантность ингушей строится на добре. Постоянное взаимное общение интегрирует новые элементы культуры, отвечающие на жизненные вопросы, заданные прошлыми веками. В соприкосновении с другими культурами, ингушская самобытность кристаллизует себя, подтверждая мудрость традиций и обычаев. Характерными чертами ингушей является миролюбие, жизнерадостность, неагрессивность, склонность завершать дело миром. Миролюбие их проявляется через меру и сдержанность во взаимоотношениях с окружающими как в кругу своего этнообщества, так и с другими народами. Они стараются избегать острых конфликтов, неприятных сцен, шумных споров, да и резких слов. С детства ингуши обучены тому, что нельзя оскорбить, унизить человека, умалить его в собственных глазах. Изучавший нравы народов Кавказа в 1830-32гг. исследователь И.Бларамберг писал: "Ингуши считают оскорбление словом самым чувствительным из оскорблений…" . Они знают цену уместному, обдуманному слову, не употребляют оскорбительных и непристойных выражений. Механизмом человеческих отношений в ингушском обществе является толерантность, и она, начиная с близкого круга родственников распространяется на сообщества людей. Если попытаться в сжатом виде определить существо толерантности, то можно сказать, что оно в чувствовании своей ответственности за сохранение самих себя, и в определении того, что должно быть сделано, чтобы состояться в современном мире в качестве самих себя, равными среди равных, людьми свободными и полноценными. Не зря ингуши говорят "Это не только мой сын. Это сын моего рода!" Данная установка - ответственность перед собой, родом и народом. Каждый ингуш в нравственном ответе за взаимоотношения с людьми, он не замкнут в узком кругу своей малой общности и не видит необходимости что-либо менять в сложившихся человеческих связях. В сознании ингуша, в силу своего менталитета, отсутствует образ "врага" не потому, что его у него не было и нет, а потому что сама имманентность проявлений традиций и обычаев диктует ему взвешенный стереотип поведения, но до определенных границ. Следовательно, в его сознании проблема добра и зла всецело отражена через генотип памяти. Это подтверждается и историей народа. Именно в этом заключается самобытность толерантности, которая и есть та ценность, относительно чего человек измеряет все свои действия. 2. Место этнокультурного аспекта "У каждого народа есть свой особый духовный внутренний мир, отражающий его социальные, географические, этнические, языковые и другие особенности. … Чем лучше психологическое здоровье народа, тем он сильнее духом" . Показателем жизнеутверждающего начала и здоровой психики является то, что, пройдя через многие лишения, унижения, ингушский народ через свою толерантность проводит мысль: "не озлобиться". "Денал дола саг къахетамег1а ва, зовза саг къиза ва" (Мужественный человек благороден и жалостлив, трусливый жесток) - такова философия жизни народа, призывающая быть всегда выше обстоятельств. Это является смыслом, сохраняющим человеческое в человеке. Еще до принятия ингушами ислама, их социальный порядок уже регулировался адатом - особым кодексом, системой ценностей, вершиной которого является понятие чести. Эти идеи сохраняются в жизни народа и сегодня. Понятие Счастье ингуши связывают не с богатством, а с душевной щедростью, жизненной мудростью, трудолюбием, с умением быть полезным и нужным обществу. Доброе имя, хорошие дети, достойное ремесло, знания - являются эквивалентами богатства и основой душевного благополучия. Понятие "иметь чистые мысли и установки" входит в кодекс ингушской чести и, тем самым, имеет статус этнической ценности, нравственного закона. Для ингушского кодекса чести традиционна установка - думать об этическом значении поступка. "Силовое поле" этических требований выводит любые проявления малодушия, горделивости за рамки достойного поведения. В прошлом "каждый старался быть образцом в знании обычаев, поведении, умении сказать слово, встретить и проводить гостя" . Не приходилось задумываться над тем, что является основным в жизнедеятельности. Требования установленного порядка действовали во всём. Благопристойные характеристики в адрес человека одновременно адресовались и семье, и фамилии, а значит и роду. Поэтому в прошлом сильнее, но и сегодня имеет место, когда в качестве предупреждения и напутствия звучат пожелания: "Тха юхь ма йога елахь", т.е. "сохрани наше лицо", "сохрани имя". Аналогичные представления встречаются в китайской, японской культурах. Ингушское общество создавало внутри себя такие формы нравственного самоконтроля, что человек всё время должен был жить, ясно осознавая, что авторитет его имени может создать соответствующую ауру его детям и потомкам, отсюда и требовательность к соблюдению своей социальной роли, согласно требованиям "Кодекса чести" ингушей. За человеком, однажды отступившим от нравственной нормы, закреплялась характеристика "неустойчивый". Наивысший престиж ингуши связывают не с силой и властью, не с социальным статусом человека в обществе, а с наибольшим уважением со стороны окружающих. Быть благородно-воспитанным следует не для того, чтобы достичь каких-либо привилегий в жизни, а потому что ингуш должен быть именно таким, должен иметь признание этого общества. Это же понятие озвучивается сегодня руководителем Ингушетии в словах, обращённых к каждому: "должны быть светлыми твои помыслы и дела!" Это то, без чего немыслимо созидание. "Ингушский тип воспитания" направлен, прежде всего, на воспитание души, которая является определяющим в нравственном облике человека. Душевная сила парализуется завистью и тщеславием, что характерно только слабохарактерному человеку. Слабость - непозволительное малодушие. Человек, кровно связанный с родным народом, впитавший в плоть и кровь его моральные богатства, несомненно, обогащается его опытом, мудростью. Следова-тельно, лучше подготовлен к жизни - к трудовой деятельности, к созданию и укреплению семьи, к общению с людьми, к участию в общественных делах, к воспитанию будущих детей. Такой человек имеет лучшие возможности реализовать свои потенциальные способности и дарования, уверенно самоутвердиться в жизни. Человека, следующего всем требованиям национальной культуры характеризуют "эздий саг", т.е. благородный человек. Эту же характеристику могут заменить словами: "г1алг1а ва" (букв. ингуш он), "саг ва" (человек). "Человек", "ингуш", "благородный человек" понимаются как равносильные понятия. Аналогичные явления встречаются и в культуре народов Северного Кавказа и мира в целом. Так у адыгов понятие "адыгаге" понимается как "человечный", что "означает высоконравственный человек, следующий требованиям адыгского этикета". И если хотят пристыдить человека, то обращаются к нарушителю адыгского этикета: "Разве ты не адыг", т.е. здесь обращение переводится так: "Разве ты не человек?" . Быть человеком - главное требование, интегрирующее взаимо-понимание народов независимо от национальности и вероисповедания, в этом есть единяющее начало кавказского менталитета. В обществе ценятся такие обычаи, как вежарал (побратимство) и доттаг1ал (дружба) с представителями как своего, так и других народов. Дружественные взаимоотношения передаются через поколения. Верность слову почитается как высшая ценность. Мудрость народа гласит: "Къонах воацачун ди дац, ди доацачун дош дац, дош доацара саг вац" (Силу духа имеет мужчина; волевой мужчина держит слово; умеющий держать слово есть человек). "Деша да хила ди деце, дош ма ле" (Не давай слова, если нет духа его сдержать), - считают ингуши. Через призму достоинства понимается верность данному слову. Ответственность, верность слову, как безусловность, не бывают напоказ, эти черты сокровенны. "Деша да", т.е. "хозяин слова", - говорят ингуши, что означает "надежный", "человек чести", "благовоспитанный". Для такого человека общественное мнение является "пружиной чести", действующим механизмом контроля мыслей и дел. Не показное, а внутренне высокое чувство светскости придаёт особый лоск поведению. Ни один человек не может избежать нравственной оценки общества, но следует отметить, что подлинно нравственному человеку важно не только признание его людьми, и оказываемая ему честь, но и внутреннее осознание своей порядочности, нравственной ценности. У ингушей традиционно сильно развито чувство собственного достоинства, аристократической гордости, переходящих порой в самовлюбленность. И в то же время внутреннее чувство сдержанности призывает человека не возгордиться во время успехов, и не быть пессимистом во время беды: "Дика деча сонта ма вала, во деча воха ма воха", т.е. "В богатстве не возгордись, в бедности - не проси". И то и другое равно ведут к потери чести, считают ингуши. Чувство собственного достоинства вызвано повышенным требованием человека к самому себе, не позволяющим ему быть сторонним наблюдателем, отгораживаясь от общества. От каждого человека требуется сохранение умения критически оценивать каждый свой шаг и трезво смотреть на совершаемые им действия. Нравственное здоровье общества зависит от понимания каждым человеком значения сохранения культуры толерантности, от жизнеспособности её во времени. Осознание этой необходимости является сегодня важной задачей. Изменились условия жизни, обстоятельства, трансформировались некоторые этикетные знаки, но неизменными требованиями, имевшими силу в прошлом и сохраняющие силу в настоящем, являются нормы нравственности, на основе которых строятся взаимоотношения людей. 3. Приоритеты толерантности В генах ингушского народа записан выработанный тысячелетиями код взаимопомощи, терпимости, добра, совести, долга. Не возникало в сознании горцев желания призвать на помощь других. С традициями ингушей несовместимы элементы нищенства, бродяжничества, попрошайничества, что отмечали многие ученые-краеведы. Характер ментальности обуславливал готовность ингушей в любое время прийти на помощь тому, кто оказался в беде, не требуя вознаграждения. И где бы не находился человек, у себя в республике или далеко за её пределами, он должен руководствоваться этими принципами. Элементы стоицизма прослеживаются в содержании культуры ингушей, в том, как требует она от каждого человека преодоления пассивности, превращает его в активного участника традиционных действий, не терпит созерцательности. Доброта, открытость, душевность, уважение собственного достоинства и достоинства другого - основные духовные принципы национальной культуры ингушей. Уважение к родителям и старшим, заботливое отношение к младшим, почтительное обращение с женщиной, толерантность к различным культурам, доброжелательность с соседями - всё это проявления вековых традиций народа. Этикет взаимоотношений ингушей друг с другом и с представителями других народов - яркое тому подтверждение. Свод неписанных правил ингушской этики "Г1галг1ай эздел", по которым строит свой мир ингушский народ, - это образ жизни и образ мышления, мироощущение и нравственность, это строгое следование традициям, благородство, обязательное как религия. Основополагающими принципами этнической культуры является единение всех слоев общества, независимо от интересов и взглядов, как гаранта стабильности. Только единство и солидарность сохраняли ингушей как этнос в сложнейших катаклизмах их исторической судьбы. Стремление к постоянному единству было главной идеей, сохранявшей народ, без которого эта социальная общность не мыслила свое существование. "Адамий барт кхерийла ч1оаг1аг1а ба" (Единство народа крепче камня), - говорят в народе. Предостережением служат слова: "Барт бехача дезалах вай лорадолда" (Сохрани нас от не знающих согласия потомков). Эти слова актуальны всегда. Свою индивидуальность ингуш всегда обязан подтягивать до установок общества, которым следовать обязан каждый его представитель. Только таким образом становится возможным сохранение "национального лица", круговращение созидательной мысли (подобно кровообращению в человеческом теле). В ингушском обществе поражает в высшей степени уважительное отношение к "людям знания", к образованным людям. Критерием оценки человека являются его ум, такт. "Лоамаш сийрдадоах малхо, саг - хьаькъало" ("Горы озаряет солнце, человека украшает ум"), - гласит народная мудрость. Если человека характеризуют как хьаькъал дола саг (умный человек), то под этим имеют в виду знания, терпение, сдержанность. Особо ценятся такие качества как рассудительность, спокойствие, умение себя держать и контролировать. Такой человек сохраняет равновесие духа в любых ситуациях жизни. Человек, сильный духом никогда не теряется, ни "мельчит" в поступках. Что руководит им? Нравственный самоконтроль, напряжение воли, которая не может уступить, не может изменить себе самой, своему генетическому началу. Сильным человека делает его характер. Упорядоченный характер делает жизнь размеренной. Ингушам по своей культуре свойственна жизнь, полная труда и достатка, уверенности в себе и в том, что могут помочь другим морально и материально. Это потребность души ингуша. Не случайно в формулах взаимоприветствий ингуши высказывают готовность помочь, оказать услугу, быть полезным в добром начинании. Это не просто формальные высказывания, это обязывающие установки долга. В истории народа не было времени безмятежного спокойствия, но народ сумел создать культуру, которая превыше всего ценит нестяжательство и, социальную справедливость, как принцип организации материальной и духовной жизни. Гарантом личного добросердечного отношения ингуша к людям другого сообщества является проявление этими людьми схожих качеств в человеческих взаимоотношениях, что основано, прежде всего, на природной мудрости, интеллекте, немалодушии. 4. "Опредмечивание" приоритетов толерантности через порог социальной нетерпимости народа. В сознании ингуша заложен некий идеальный образ себя, основанный на выработанных веками принципах, категориях нравственности и представлений Кодекса чести, следование которым позволяет ему самосовершенствоваться. Эти приоритеты "опредмечиваются" через пороги социальной нетерпимости того, что противоречит им. В результате собственное несоответствие вызывает массу порицаний в его сознании. Внутренний мир человека находится в состоянии постоянной борьбы с самим собой в ходе сопоставления реального и идеального. Постепенно принятое и закрепленное личностью ретранслируется на общество через передачу опыта и выработку общественных позиций, а затем закрепляются в сознании людей как традиции. На протяжении истории в дни и годы наибольших испытаний люди стихийно возвращаются к истокам традиций и обычаев, и в состоянии безысходности черпают в них чувства безопасности и организованности. На уровне подсознания заложены установки, которые заставляют в критической ситуации вести себя так, как в таких же условиях умели вести себя их предки. В эти моменты народ попадает под общественный контроль. Самобытность ингушей имеет отношение к самым разным культурным и конфессиональным традициям: языческой, христианской, малоазийской, евразийской, мусульманской. Это определяет интегрирующую силу культуры народа, его национальный дух. Сила и мощь национального духа ингушей в его толерантности, в умении поднимать истинные ценности над сиюминутными, в выдержке и терпении. Толерантность народа проявляется в повседневной практике, в наиболее типичных для него моделях поведения, в оригинальном образе мыслей и защищается всем ритмом жизни. Ингушский народ обладает некоторыми особенностями, помогающими ему сохранять свою идентичность и не видеть, не слышать ничего, что могло бы оказать разрушительное действие на их сознание. Традиции и обычаи сохраняют народ, и никакие изменения условий жизни не могут убить реальности его национального духа. И именно он определяет порог толерантности, предел, очерченный на генетическом уровне каждого последующего поколения. Национальная культура ингушей, подобно роднику, питает человека, формируя в нём черты характера, присущие его представителям. Силы прошлого хранятся, взращиваются в лоне национальной культуры. Культурные традиции сохраняют принятые в этнической среде нравственные устои и нормы поведения, чувство национального достоинства и долга по отношению к своему народу. Историческая память снова и снова возвращает в сознании тяжёлые страницы истории. В генетической памяти народа запечатлена его история. Были войны, были тяжёлые испытания... Достаточно только вспомнить ступени взлётов и падений в развитии ингушской государственности, и осознать ещё раз силу духа народа, который себя не растерял, сохранил в своих практических действиях созидающее начало, как основу жизни. Народ, переживший трагедию депортации 1944 года с благодарностью вспоминает народы России, в том числе и кавказские, народы Киргизии и Казахстана, разделявших с ними горе в то жестокое в судьбе ингушей время. В тяжелейшие для страны 90-е годы Ингушетия нашла в себе силы возрождения. На протяжении последнего десятилетия прошедшего века она оставалась островком стабильности в то время, когда происходили конфликты в соседних республиках, приютила огромное количество беженцев, и всё это делалось исключительно потому, что иначе этот народ не смог бы себя повести. Народ помнит всё, но память всё чаще возвращает доброе. Толерантность народа не позволяет в памяти воссоздавать иное. Это ещё раз подчёркивает психологическое здоровье народа. Силы народу даёт чувство гордости за пройденный исторический путь, ощущение достойного участия в судьбе Российского Государства и ответственности перед настоящим и будущими поколениями за сохранение сложившихся традиций дружбы и долга.
