Визит делегации Южно-Египетской фармацевтической компании "СЕДИКО" в Оболенск, состоявшийся на этой неделе, не был неожиданностью. И дело не в том, что генеральный директор представительства "СЕДИКО" в России Ирина Евгеньевна Свято раньше была заместителем Н. Н. Уракова, возглавляющего ГНЦПМ.
- В Оболенске созданы выдающиеся технологии в области генно-инженерных препаратов. Только три предприятия в мире могут делать такие же, - вот и все объяснение "первопричины", прозвучавшее со слов И. Е. Свято.
О компании "СЕДИКО" в Серпухове, возможно, уже кто-то слышал. Во время прошлогодней вспышки гепатита В, представители компании привозили в город препарат селимарин.
Компания является одним из крупнейших фармакологических производителей на Ближнем Востоке и африканском континенте. Путь "наверх" компании был предопределен самой внутренней политикой страны. Рассказывает Ирина Евгеньевна Свято:
- Сегодня в Египте созданы уникальные инвестиционные условия. Во-первых, там есть те "технопарковые" зоны для развития наукоемких производств, о которых мы только мечтаем здесь. За время правления президента Хосни Мубарака построено 30 новых городов, с развитой инфраструктурой, но главное - в них предоставляются огромные льготы производителям. Это: 10 лет безналогового режима, передача земли по очень низким ценам в собственность инвестора, строительство всех коммуникаций за счет государства.
Например, город Шестого октября, где расположено производство "СЕДИКО", находится в 50 километрах от Нила, и строительство водовода до забора предприятия оплачивалось из государственной казны. Что там! Даже забор - забота государства.
Компания "СЕДИКО" запустила свое производство в 1991 году, но только в прошлом году узнали, что такое налоговая инспекция.
- А к нам приходили уже дважды, - смеется заместитель директора ГНЦПМ Алексей Вячеславович Степанов, который в 82-м корпусе научного центра возводит линию по выпуску генно-инженерного инсулина.
Эта оболенская технология - одна из причин пристального внимания египетских производителей к наукограду. В Египте инсулин считается показателем национальной безопасности. Гости из страны пирамид не скрывают, что у них биотехнологий нет. Зато есть блестящие производства, соответствующие мировым стандартам в фармацевтической промышленности - GMP.
Услышав о нашей идее создания в Московской области территории научно-технического развития с центром в Серпухове, представители "СЕДИКО" пришли в настоящий восторг:
- Это просто фантастика, мы у себя тоже пытаемся создать что-то подобное, - говорили они, - С нашим нобелевским лауреатом мы разработали проект создания египетских наукоградов. Мы понимаем, что этот проект поможет Египту перенестись в будущее. Сейчас наука - это главное.
Самому молодому в России научному городу - Оболенску - переноситься в будущее тоже помогают. Но государственная доля в этом участии все больше приближается к нулю.
Одиннадцать лет назад Россия прекратила выпуск инсулина, несмотря на то, что количество больных диабетом растет год от года. По данным ВОЗ, диабет сегодня стоит третьим после сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний. В России более двух миллионов человек, страдающих диабетом, более 400 тысяч из них являются инсулинозависимыми. Около 100 миллионов долларов тратится ежегодно на закупку инсулина из-за рубежа.
Прекратили выпускать свой инсулин в России не от хорошей жизни. Просто сначала оказались перед фактом, что отечественные заводы не соответствуют никаким современным нормам, а производимый ими инсулин вызывает массу осложнений. Причем в те годы инсулин у нас производили так называемый "свиной" - из поджелудочных желез скота. Детям такой инсулин попросту вообще был не рекомендован.
Сначала решили - реконструировать инсулиновые заводы. Но развалился Советский Союз, за ним - свиносовхозы и заводы. А во всем мире к тому моменту вообще отказались от "свиного" инсулина.
В середине 90-х у нас в стране начали разрабатывать Федеральную целевую программу "Сахарный диабет". Создавалась она во многом в Оболенске - под организацию в ГНЦПМ новой технологии и выпуска генно-инженерного инсулина. Государством на программу было выделено около 400 тыс.рублей. И все же технология оболенскими учеными была создана.
Подобными сегодня обладают всего четыре страны: США, Дания, Германия и Аргентина. Даже, можно считать, три, так как в Аргентину современный рекомбинантный инсулин "заехал" из Соединенных Штатов.
Быть в "пятерке сильнейших"! Казалось бы, что может быть привлекательнее для укрепления одной из позиций государства? Но тут вдруг оказалось, что государство "не кредитоспособно". Работы пришлось прекратить.
А в Целевой программе "Сахарный диабет" изначально прописали: финансирование предусматривает использование 80% средств за счет инвестиций и 20% - бюджетных.
Стали искать инвесторов. Откликнулись... газовики, которые согласились на достаточно отчаянное мероприятие, если учесть, что тогда еще не существовало ни законодательной базы, никаких других документов о предполагаемом проекте. Так, в апреле 1998 года между Министерством здравоохранения РФ, ГНЦПМ, Институтом биохимии РАН, РАО "Биопрепарат" и РАО "Газпром" появилось соглашение о создании на оболенской земле отечественного промышленного производства субстанции генно-инженерного инсулина и его лекарственных форм.
К настоящему моменту в освоение 82-го корпуса и оснащение его современным оборудованием вложено уже порядка 7 миллионов долларов США.
Специалист по сибирской язве и другим бактериям, а теперь еще и "опытный строитель", Алексей Вячеславович Степанов признается:
- Я убедился, что легче построить новый модуль, чем реконструировать здание.
Корпус № 82 ГНЦПМ сдавался в эксплуатацию последним. Здесь предполагалось организовать виварий для того, чтобы снабжать лабораторными животными всю науку Подмосковья. Подопытные звери так и не успели до 90-х годов "въехать в новые квартиры", и корпус надолго остался заморожен.
Теперь здесь обживается опытно-экспериментальный участок по выпуску инсулина мощностью до 200 кг субстанции в год. Пришлось не только укреплять несущие опоры с тем, чтобы они выдержали оборудование. Только на термоизоляцию потребовалось 2 миллиона рублей. Строить приходится в соответствии с современными мировыми стандартами GMP.
- Многое из оборудования покупали в России, - рассказывает А. В. Степанов.
Двери, которые горят четыре часа, например, делали на "Металлисте". А вот столы заказывать пришлось шведские, - такие, которые в лабораторных условиях фармакологического производства не выделяют вредных веществ.
Сегодня здесь еще пока непаханая целина для работы. Но уже через месяц, надеется Алексей Вячеславович, один из этажей начнет действовать: культивировать штаммы специальных бактерий, а потом очень тонкой очисткой выделять из них тельца инсулина. Субстанцию заморозят для того, чтобы летом в соседнем корпусе уже начать выпускать готовую лекарственную форму.
К "боевому крещению" готов и коллектив, состоящий из шестидесяти сотрудников, среди которых 25 "научников", остальные - инженерный состав. В марте здесь планируют "обкатать производство", в июле мечтают получить первый инсулин... И, кто знает, возможно, не только инсулин. Недавно в Оболенске, например, завершился эксперимент по созданию вакцины против дифтерии. Вакцина против токсина дифтерии существует уже давно, а вот защита от самого возбудителя этого вируса, а значит, носительства его человеком, только готовится к клиническим испытаниям. Проект разрабатывался совместно с Италией и США. Много работ ведется в ГНЦП по туберкулезу. Целые отделы научного центра в связи с пандемией этого заболевания перешли на данную тематику. Пока по статистике в производство идет только 5% всех российских биотехнологических разработок. Но, как знать, вдруг тронется лед и государство захочет стать первым в "пятерке сильнейших" в области биологической безопасности? Не в пустыне все же живем.

07.02.2002

Написать отзыв