 |
|
 |
|
| Отзывы читателей |
| Давайте обсудим |
| Поиск по газете |
| О газете |
|
|
|
 |
|
|
<< Май 2006 >> |
| 1 |
2 |
3 |
4 |
5 |
6 |
7 |
| 8 |
9 |
10 |
11 |
12 |
13 |
14 |
| 15 |
16 |
17 |
18 |
19 |
20 |
21 |
| 22 |
23 |
24 |
25 |
26 |
27 |
28 |
| 29 |
30 |
31 |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
| 
|
|
|
Происшествия |
|
|
Не упасть на дно колодца
С глаз долой...
- Андрей Николаевич! Где сын-то Ваш? Как увидеть его можно?
- А в Москве он. Работает, - одутловатое лицо мужчины, казалось, ничего не выражало. - По благоустройству что-то делает. Живет в общежитии, их там и кормят. Тут друг его приезжал за шмотками. Когда сам вернется, не знаю...
Николай В. с 15 лет стоит на учете в наркодиспансере как употребляющий героин. Сейчас ему 17. Выяснилось, что дома он не живет, контролировать его некому. Папаша, похоже, доволен, что чадо ведет самостоятельную жизнь. Какую и на какие средства, предпочитает не задумываться в короткие промежутки между попойками. Дома у него разгром и полное запущение. Основные же предметы интерьера: мутно поблескивающие пустые бутылки и грязные лежанки. Старик, которому нет еще и сорока, не видит для себя будущего, утопив его на дне граненого стакана. Трудно сказать, какую иллюзию рисовал в своем воображении сын Николай, взяв впервые в руки шприц с героином. Но реальность, окружавшая его, не могла уберечь парня от рокового шага.
"Мой адрес не дом и не улица"
Сережа бродяжничает уже полгода. Адрес его обитания - Москва, Курский вокзал. Попрошайничает, токсикоманит. Домой возвращаться не хочет.
- Да что он один бегает-то? - многозначительно вопрошает его мать, иначе не объясняя отсутствие сына.
Речь идет о лишении ее родительских прав. Но Зоя Робертовна категорически с этим не согласна. Отрицает она и тот факт, что уезжая на сутки на работу, оставляла Сережку на улице. Но очень живо откликнулась на перспективу свободно и без ограничений принимать у себя мужчин. (Один из ее завсегдатаев скромно удалился при нашем появлении).
- Думаете, у меня еще есть шанс? - кокетливо стрельнула она глазами.
В ближайшее время состоится суд, который решит судьбу мальчика. А пока Зоя Робертовна строчит жалобы на всех и вся: на школу, что плохо учит, на органы опеки и комиссию по делам несовершеннолетних, что не дают жить спокойно, и так далее. Только ребенок упорно бежит из дома. Оттуда, где, по словам матери, все в порядке.
Все будет хорошо?
- Прям целая комиссия пожаловала. Как будто он убил кого, - бабушка Александра даже покраснела от возмущения.
- Во-во! Лучше бы ловили тех, кто продает эти наркотики, - вторила ей его мать.
К сожалению, женщины так и не увидели в нашем визите желание помочь оступившемуся парню, помочь им же, в одиночку сражающимся против его пагубного пристрастия. Полгода назад заметила Татьяна Ильинична что-то неладное за своим Сашкой. Сначала подумала, что показалось, ведь плохое мы гоним от себя до последнего. А потом сына задержала милиция в состоянии наркотического опьянения.
- И говорила я с ним много, и ругала, и жалела, - вспоминает она. - Сейчас - тьфу-тьфу-тьфу... Перешел на третий курс училища, работает вместе со мной...
- Вы бы почаще приходили. Ему это на пользу пойдет, - это уже другая мама, попавшая в аналогичную беду вместе с сыном. - От компании той он совсем отошел. Собаку для него специально купила. Дома мне по хозяйству помогает. Вот только учиться не хочет. В сентябре, правда, обещал в вечернюю школу пойти. Трудно с ним. Наркотики - беда великая.
Елена Юрьевна не выгораживает Леонида: не скрывает его недостатков и о хорошем не забывает сказать. И, конечно, надеется, что эти два страшных эпизода в его жизни никогда не повторятся.
Мне больно за мою Россию...
- Откройте, милиция!
За дверью сначала воцарилась гробовая тишина, а потом послышались мышиная возня и звуки шлепающих пяток. Никто не поспешил распахнуть врата пред стражами порядка, видимо, стараясь спрятать то, что постороннему глазу (тем более милицейскому) видеть не полагается.
Дождавшись, наконец, приглашения войти, мы переступили порог таинственной квартиры... Ничего нового: две подвыпившие молодые женщины и поспешивший удалиться пьяненький мужичок.
- Че так поздно? - поинтересовалась, осоловело улыбаясь, хозяйка Наталья Сергеевна.
Ее гостья, нежно прижимая собачку, то неприлично хихикала, то тут же начинала горько плакать, причитая :
- Россию продали... Больно и обидно за мою Россию!..
- Где сын?
- Так гуляет. Рано еще (?!). Сами что ль молодыми не были?
Логика железная.
- И вощ-ще, нечего мне мозги канифолить, - продолжила хозяйка. - Я сама в высшей сфере работала...
В квартире находился еще один субъект. Мертвецки пьяный сожитель Натальи Сергеевны не смог нас поприветствовать в силу своего беспомощного состояния. Ребенок же его, Женька, отсутствовал, как и старший Станислав, которому "еще рано было возвращаться". Видимо, и для двенадцатилетнего мальчика полночный час - время детское.
Некогда вращавшаяся в "высших сферах" Наталья Сергеевна была приглашена к инспектору по делам несовершеннолетних. А ее подруга, до боли радеющая за судьбу Родины, продолжала извиняться и просить прощение за плохое поведение.
Светлана УЛАНОВА, инспектор ОДН Серпуховского УВД; Владимир ХОРЬКОВ, подростковый психиатр-нарколог; Вера АГАФОНОВА,член КДН; Светлана Спирина, наш.корр.
09.08.2001
Написать отзыв
|
| |
|
|
|
|
|
|
 |
|
