ЗА ПОБЕДУ. ЗА ПОГИБШИХ. ЗА ДЕДА...

Татьяна Кирьянова

Время бежит, наматывая на колесо истории все новые годы. События далекого 1945-го позади. Но память жива - она остается верна тем, кто выстоял в войне и одержал победу. Сегодня ветераны вспоминают о тех огненных днях, о погибших товарищах...

Мой дедушка отвоевал четыре года, был тяжело ранен, но всетаки дошел до Берлина. Почему-то всегда после просмотра фильма про войну он начинал рассказывать нам, своим внукам, о том, как это было. А у меня возникал единственный вопрос: было ли страшно? Конечно, было. Дед этого не скрывал - кому ж не страшно лезть под пули? Геройства излишнего не проявлял, но воевал на совесть.

Его направили служить в разведку. Каждое боевое задание сопровождалось риском. Походы, марш-броски чаще всего проходили в ночное время. Снег, холод, шинель вместо одеяла и подушки - вот что заменяло домашний уют. "После "вылазок" во вражеский лагерь, - рассказывал дед, - мы недосчитывались товарищей. А я, наверное, родился в рубашке". Много раз во время боевого задания он находился на волосок от смерти и умудрялся избежать опасности.

Однажды дедушке и группе разведчиков пришлось проходить по полю. Были опасения, что оно заминировано. Но наверняка этого никто не знал. Потому шли осторожно. ...Неожиданно прогремел взрыв. Взрывной волной деда отбросило на несколько метров. Он чувствовал шум в голове и не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Тело перестало слушаться. А знакомый голос прокричал где-то рядом: "Саша, ты жив?". Дедушка открыл глаза. Он получил серьезное ранение, и его на специальном санитарном поезде отправили в госпиталь. О том "путешествии" дедушка не раз вспоминал как о подарке судьбы.

Поезд был в пути, когда вражеские самолеты устроили бомбежку. Началось невообразимое. Вагоны с ранеными переворачивались и летели под откос. На крышу вагона, в котором ехал дедушка, бросило другой вагон - он буквально подмял под себя всех раненых. Кто-то вылетел в окно, кто-то оказался заживо погребенным под обломками. Деда взрывом отбросило в угол, и вагонная дверь его прикрыла. Пол под тяжестью проломился, и дед скатился под откос. Там его и подобрали санитары: без сознания, но живого. Он пролежал в госпитале полгода, однако полностью восстановить здоровье так и не удалось. Но это вовсе не означало, что война для деда закончена. Он "штурмовал" местный военкомат, требовал, чтобы его отправили на фронт. И добился своего. Снова встал в строй. Но еще долго его беспокоили фронтовые раны, даже потом, в мирной жизни. А сегодня деда уже нет с нами...

...Послезавтра ветераны и участники Великой Отечественной войны соберутся вместе и поднимут фронтовые сто граммов. За Победу. За погибших однополчан. А я - за деда.