"ДЕФИЦИТНЫЕ" РОМАНТИКИ

Наталья Пичугина

	Главный "подземный рабочий"

Кандидат технических наук, участник конференций регионального, общероссийского и международного уровней, почетный геодезист Российской Федерации, начальник департамента природопользования, главный маркшейдер "ОАО "Сибнефть-ННГ" - все это Михаил Козориз. О себе Михаил Дмитриевич рассказывать не любит, зато часами готов говорить о своем ремесле - вернее, о профессии, которая в наше время становится одной из самых "дефицитных" и самых необходимых для нефтяной индустрии.

- Что такое маркшейдер? Ну, это просто, - ответил Михаил Дмитриевич на наш вопрос. - В переводе означает "подземный рабочий".

А если серьезно... Без маркшейдеров нефтедобывающее предприятие не может функционировать. Освоение любого месторождения начинается с работы над топографической картой (первейшая обязанность маркшейдера). Последний наносит на карту сетку разбуривания, определяет проектные координаты каждой будущей скважины, кустовых площадок. Наивно было бы полагать, что маркшейдеры работают у экранов компьютеров: эти специалисты - "полевые романтики", большую часть времени проводят там, где начинаются промышленные работы, то есть "в поле", на местности. В этом смысле маркшейдеры - нефтяные первопроходцы, ведь исследование месторождения, его проектирование начинается за год (а то и более) до начала строительства.

- В нашем департаменте 27 специалистов, из которых 17 - маркшейдеры, 10 - землеустроители, - рассказывает Михаил Козориз. - Курируем мы 25 месторождений только в Но ябрьском регионе. Но есть еще Приобское, Пальяновское, Крапивинское месторождения, Чукотка, новые площади в Томской области - как раз сейчас они на стадии разработки, а это "горячая" пора для маркшейдеров. Дело в том, что мы отвечаем за ту документацию, которая необходима для отведения земельных участков под производственные нужды. Не сработают своевременно землеустроители - значит, будут сорваны сроки по отводу земли, что ведет к нарушению планов эксплуатации. А это уже вопросы соблюдения лицензионного соглашения. Невыполнение его условий грозит предприятию лишением лицензии. Так что скучать нам, как видите, не приходится.

Это уж точно. Маркшейдеры обязаны идти "в ногу" с научным прогрессом, который, как известно, на месте не стоит. К примеру, началось в "Сибнефть-ННГ" разбуривание "горизонтальных" скважин - в тот же момент добавилось забот маркшейдерам. С "горизонталками" работают в основном иностранные фирмы, а у них - своя система координат, которая существенно отличается от нашей, отечественной. Так что маркшейдеры "Сибнефть-ННГ" выполняют роль своеобразных "технических толкователей": сначала переводят координатные данные, представленные иностранными профи, в "родную" систему, производят вычисления, а затем делают обратный перевод - из нашей системы в "забугорную". Все это чрезвычайно трудоемко, однако подобные "формальности" в конечном итоге влияют на эффективность производства.

- При горизонтальном бурении, - поясняет Михаил Дмитриевич, - важно четко определить, где именно скважина должна войти в пласт, как она будет продвигаться по пласту и где ее конечная точка. Причем мало "нарисовать" проект - нужно отследить, насколько точно он реализован. Скважина в процессе бурения может уйти далеко от проектных координат, так что иногда приходится даже менять ее номер. Контроль за строительными работами - тоже наша компетенция. Маркшейдер не уходит с разрабатываемой площади вплоть до ввода объекта в действие, то есть до начала добычи нефти.

Сегодня фронт работ у ноябрьских маркшейдеров еще более расширился: на их ответственности - проведение инвентаризации занимаемых нефтяниками территорий. До 2006 года "Сибнефть-ННГ" должна зарегистрировать в качестве собственности все производственные объекты, которые находятся в ее владениях. Михаилу Козоризу и его коллегам предстоит уточнить местоположение сетевых коммуникаций, поставить земельные участки на кадастровый учет, составить подробные "инвентарные" списки. Кстати, полевые работы, связанные с инвентаризацией, были завершены в рекордные сроки - практически за год. Подобного в практике российских (да и зарубежных) нефтяных компаний еще не было. Осталось осилить вал "бумажной" работы - с документами.

- Конечно, нельзя сказать, чтоб мы работали без проблем, - признается Козориз. - Они есть, как и в любом деле. Во-первых, не хватает людей, специалистов. Во-вторых, бывают сложности с транспортом: все-таки работа маркшейдера связана с передвижением на большие расстояния. Тем не менее на "судьбу" не жалуемся. Сейчас в отделе трудятся настоящие фанаты маркшейдерского ремесла, они готовы мириться с трудностями. А любимой службе отдают и львиную долю времени, в том числе личного, и максимум сил, и душу. Как и подобает настоящим профессионалам.