ПОПЫТКА ПОДНЯТЬСЯ НА НОГИ

Ирина Михайловская

	Соцзащита помогла Владимиру Болотову восстановить паспорт

Оказаться без работы, прописки и крыши над головой в нашей стране несложно. Сегодня мало кого удивляют соотечественники, добывающие пропитание в мусорных баках и кочующие по подъездам и стройкам. Большинство из нас научились их не замечать. Устали им сострадать. Возможно, горькая доля бездомных - это крест каждого из них. Но, может быть, судьба оказавшегося на улице человека - это проверка и для всех нас? Протянем ли руку помощи тому, кто в нужде?

От сумы не зарекайся

Владимир Болотов уже восьмой год живет в Ноябрьске без работы и прописки. Проще говоря, он - бомж. Все это время пятидесятидвухлетний мужчина ночует в бане своего знакомого в поселке Буровик. Ест то, что подадут люди и на что хватает грошей, вырученных на шабашках и от продажи собранных по помойкам бутылок. Тем не менее, за долгие годы мытарств он не спился и не потерял надежды вернуться в мир благополучных людей. Примечательно, что хоть и одет бедно, но всегда опрятный, подстриженный. "Мне бы только где-нибудь зарегистрироваться. Просто зарегистрироваться - не жить. Ведь работать надо, пенсию зарабатывать. А без прописки никуда не берут", - то и дело повторял Болотов, рассказывая корреспонденту "СН" про свою жизнь.

В Ноябрьск Владимир приехал в 1979 году из небольшого городка Томской области - заработать денег. Устроился в НГДУ "Холмогорнефть" - помощником бурильщика. Но, отработав четыре года, перестал ладить с начальством и уволился. После чего пошел рабочим в Тромаганскую экспедицию. Получил койкоместо и прописку в одном из общежитий. А в тяжелом для российской экономики 1993 году, как и многие его соратники по цеху, попал под сокращение. Стал искать работу. "Узнал, что в Красноселькуп на месторождения требуется рабочая сила. Позвонил - пригласили, - с горечью вспоминает Болотов. - Я поверил. Выписался из общежития. Поехал туда. Но опоздал - место заняли. Пришлось вернуться ни с чем". В тот момент Владимир еще не осознавал, что стал бомжом. Потому что удалось пристроиться в ООО "Тюменьбурвод". А жил все это время, хоть и без регистрации, в одном из городских общежитий - добросердечная комендантша помогла. Когда в 1996 году сократили и с этой работы - оказался на улице. "Вот и вся моя судьба..." - закрывает лицо рукой, чтобы скрыть навернувшиеся слезы. Говорит, обидно, что так вот запросто в нашей стране можно превратиться в "бесправное никто".

Замкнутый круг

"Больше всего боюсь захворать", - отвечает на вопрос, в чем видит счастье, Владимир. - В Самострое всегда работу можно найти: кому на стройке помочь, кому машину разгрузить. Так что пока здоровье есть, я себе не дам пропасть". Самый тяжелый день в своей жизни Болотов связывает с болезнью. Как-то по осени замерз, простыл и сильно занемог. А в больницу идти - нет медицинского полиса. Пришлось просить у знакомых денег на платный прием. Сдал анализы, обследовался. Врачи признали воспаление легких. Хоть диагноз серьезный, в стационар не положили: в отделении не было свободных мест, а у больного - полиса. "Добрые люди спасли. Купили лекарства. Лечили. Вроде, отпустило. Только сейчас что-то с кожей стало - болит, шелушится. К доктору бы опять, да деньги нужны".

Ни жены, ни детей у Болотова нет. Была на родине мама, но умерла год назад, а в ее квартиру заселились чужие люди. В общем, остался Владимир на земном шарике один. "Люди меня не бросают, - говорит. - Прошу - помогают: кто деньгами, кто советом. Один товарищ порекомендовал в Управление социальной защиты обратиться..."

...И вот уже год отделение социального обслуживания УСЗН бьется за то, чтобы город выделил Болотову койкоместо в общежитии. Только тогда он, родившийся в России и проживший в этом государстве полвека, сможет устроиться почеловечески: найдет работу, оформит медицинский полис, а со временем и пенсию. Однако чиновники тянут. Положительное решение вопроса тормозит твердолобая логика: лицо не трудоустроено - значит, не сможет оплачивать жилье. Тем не менее заведующая отделением Алина Курганович попыток помочь ближнему не оставляет. "Да у него же руки золотые! Он и каменщик, и строитель", - говорит про Болотова. Да и сам Владимир к "правильной" жизни тяготеет: "Пока здоровье есть, на любую работу пойду. Хоть сторожем, хоть грузчиком". И хочется верить, что в каком-нибудь номере "СН" появится заметка о том, как помогли Болотову встать на ноги добрые люди и местные власти, и у человека, который живет рядом с нами, хоть что-то изменилось в лучшую сторону.