РОМАНТИКИ, ВЛЮБЛЕННЫЕ В ЗЕМЛЮ

Евгений Николаев

	Так распыляются бактерии - пожиратели нефти

Есть объекты, которые нефтяники "Сибнефть-Ноябрьскнефтегаза", несмотря на свою открытость и гостеприимство, очень не любят показывать. Я имею в виду огромные нефтяные разливы, "украшающие" десятки гектаров западносибирской лесотундры, отравляющие наши озера и болота. По большей части эти "черные пятна" достались нефтяникам в наследство с прежних времен, когда человек считал себя хозяином природы и мог позволить по отношению к ней любое варварство.

Сегодня настали совсем иные времена. Человеку пришлось уяснить, что никакой он не хозяин природы, а лишь ее составная часть. И если эта часть будет выбиваться из общего ритма организма, организм серьезно заболеет. А может и умрет…

Руководство Сибирской нефтяной компании тратит большие средства на природоохранные мероприятия. И безобразных нефтяных пятен на поверхности земли год от года становится меньше.

Махатков

Мой давний знакомый, кандидат биологических наук, новосибирец Игорь Махатков в Ноябрьске частый гость. Впервые в нашем городе он оказался в 1993 году на каком-то крупном экологическом форуме и с тех пор каждый год приезжает сюда работать. Поначалу эта работа сводилась к изучению местной экосистемы: структуры почв, растительности, природно-климатических условий. Занимался Игорь Дмитриевич и экологическим мониторингом: советовал нашим нефтяникам, где можно вбивать сваи и прокладывать нефтепроводы, а где лучше от этого воздержаться.

Когда в "Сибнефть-ННГ" вопрос ликвидации нефтяных разливов встал ребром, руководство компании и природоохранная служба начали искать подрядчиков работ. Искали и в России, и за границей (фирма "Ламор", например, уже несколько лет успешно трудится на наших объектах). Но одной финской фирмы, пусть даже с самым современным оборудованием и технологиями, было явно недостаточно.

Очистка почвы и водоемов от нефти - дело чрезвычайно сложное и дорогостоящее. В мире существует целый ряд технологий, которые в наших климатических условиях просто малоэффективны.

И тогда в недрах новосибирского Государственного научного центра вирусологии и биотехнологий "Вектор" зародилась уникальная идея. Около двух лет новосибирские ученые-микробиологи ходили по запачканным нефтью тундре и болотам, собирая образцы бактерий, которые могут жить в отравленной почве. Зачем им понадобились бактерии, спросите вы? Дело в том, что некоторые микроорганизмы способны поедать… нефть. То есть, обитая в нефтяной среде, они застарелый мазут превращают в легкий газ, который спокойно улетучивается с поверхности, и на месте бывшего загрязнения снова могут "яблони цвести".

После "отбора материала" последовал процесс лабораторных исследований на базе центра "Вектор". Бактерии учились выращивать в искусственной среде, изучали их характер, особенности поведения и взаимодействия разных типов микроорганизмов друг с другом. На все это ушло около трех лет. Наконец настал момент, когда ученые свои исследования были готовы подтвердить практикой.

"Кэмел Троффи"

Два пятиместных джипапикапа и самосвал "Урал" загружены под завязку. В "Урале" - 4 тонны химреагентов, необходимых для обеспечения технологического процесса. В кузовах пикапов - пластиковые бочки, механические культиваторы, мотопомпы, палатки, спальники и продукты питания. Возглавляет экспедицию наш старый знакомый Игорь Махатков. В его команде 5 человек.

Люди все очень молодые, грамотные и до мозга костей романтики. Миша и Иван - студенты-химики. Для них эта экспедиция - производственная практика. Антон тоже учится в Новосибирском госуниверситете, но на экономиста. Юра - почвовед. Говорит, что наши северные почвы - непрочитанная книга. Их еще изучать и изучать. Второй Миша - микробиолог, или Микроб, как называют его коллеги . Именно он главный хранитель и "отец родной" бактерий, которые будут уничтожать нефть и чистить нашу землю.

В районе ДНС-5 Суторминского месторождения с внутрипромысловой дороги сворачиваем на песчаную косу. "Ну, хлопцы, держитесь крепче, сейчас начнется "Кэмел Троффи", - говорит Мишахимик и включает на своем "Ниссане" полный привод. Через 20 минут езды по пересеченной местности попадаем в живописнейший уголок на берегу Пякупура. Великолепный лес с мягким ягелевым ковром, брусничными и голубичными полянами и река... Трудно представить, что в нескольких километрах отсюда находятся источники экологической опасности - огромные пятна разлитой нефти.

Ребята разгружают КамАз с мешками селитры, минеральных солей и… овса (его будут сеять на месте бывших нефтяных разливов), потом разбивают палатки. Почвовед Юра разводит костер, Махатков копает яму для мусора (экологи - они и в быту экологи!). Я отправляюсь рыбачить. Вечер жаркий и безветренный. Мошкара грызет нещадно. Рыба клюет, как сумасшедшая. За полтора часа вытаскиваем штук пятнадцать окуньков и сорожек. Все, на уху хватит.

После сытного ужина купаемся в реке и отправляемся в палатки спать. Завтра трудный рабочий день.

Уборка планеты

Утром снаряжаем "Ниссан", загружая в него бочки, мотопомпы и нужное количество реагентов, и едем на "точку", километрах в пяти от нашей стоянки.

Недалеко от куста - обширное маслянистое пятно. В нефти несколько сот квадратных метров торфа, на котором когда-то росла брусника и голубика. Небольшое озерцо покрыто толстой черной пленкой. Жара невыносимая. Запах стоит такой, что меня с непривычки начинает тошнить.

Наши экологи тем временем готовят оборудование и исследуют участок. "Хорошо, что здесь вода есть, - говорит Миша, кивая в сторону озерца с черной жижей. - Иначе нам бы тут нечего было делать". Антон с помощью длинного гофрированного шланга и мотопомпы из озерца набирает воду в бочки, Махатков разводит в них какие-то соли и селитру, Миша достает из рюкзака небольшую пластмассовую баночку белого цвета. В ней грамм 30 желтоватого порошка. Это и есть те самые чудо-бактерии, которые будут "кушать" нефть.

Минут через 15 раствор готов. Антон включает мотопомпы на выкачку, а Миша из шланга поливает почву и воду в озерце. Вот, собственно, и вся технология. Чтобы полностью обработать участок, ребятам понадобится опустошить несколько бочек с раствором и потратить на это как минимум полдня.

Оставив Мишу и Антона на объекте, мы с Махатковым возвращаемся в лагерь. По пути останавливаемся возле еще одного разлива. Его обработали бактериями на прошлой неделе. "Смотри, - говорит Махатков, - видишь коричневую пленку на нефти? Это бактерии уже начали свою работу. Через несколько недель они ее съедят, и почву можно будет рекультивировать. Правда, там, где нефти очень много, даже наши бактерии не сразу справляются. Нужно будет обрабатывать еще и еще. На все это могут уйти месяцы и даже годы. Восстановление почвы - очень длительный процесс".

В лагере почвовед Юра готовит овес и культиваторы. Он отправляется на другой участок, уже политый живительным раствором несколько недель назад. Там он будет удобрять землю минералами и сеять овес. Этот злак очень полезен для восстановления продуктивного слоя почвы.

Меня подвозят до муравленковской трассы. Дальше буду добираться до Ноябрьска автостопом. А "Ниссан" снова сворачивает в сторону ДНС-5 Суторминского месторождения. Там еще очень много загрязненной земли. Сколько лет жизни уйдет на это у Игоря Махаткова и его команды? "Ботаников" из Новосибирска? Романтиков, влюбленных в землю?..