КАК МУНИЦИПАЛЬНЫЙ КНЯЗЕК РАСПОЯСАЛСЯ

Ирина Михайловская

Что ни говори, а тяжело чиновнику в маленьком городке. Особенно, если на высокую должность вознесся. Ведь стоит такому на шефский трон вскарабкаться - так голова кругом у несчастного и пойдет. Поначалу от натиска производственных забот, конечно. А потом уже по другой причине в черепную коробку вступать начинает. Так как редкий человеческий рассудок не помутится, озарившись мыслью, что теперь от одного росчерка твоего пера масштабные дела закручиваются, крупные суммы циркулировать начинают и человеческие судьбы вершатся. Иные руководители силы восторга по этому поводу не выдерживают - заболевают душевно. Самодурством. Причем, надо заметить, что чин, этим недугом страдающий, в период обострений общественную опасность представляет серьезную. По крайней мере, в редакции "СН" на эту тему описание конкретного случая имеется. Авторы коллективного письма, сотрудники одного из предприятий Ноябрьска, такие виражи шефского самодурства сносили, будто не в муниципальной организации трудились, а на барской вотчине батрачили.

Право нынче не указ, моя прихоть - вот приказ

Директорское кресло МУПа Георгий Владимирович (назовем героя так) без малого два года назад занял. Как завистники трещали, это ему за политическое сочувствие нужным фигурам такая "премия" вышла - автобусами заведовать. Несмотря ни на что, новый шеф сначала дела по уму да справедливости вести старался. Даже никого из подчиненных, что с прежним руководителем работали, не уволил. И уж вовсе на нравственный подвиг сподобился, когда главный бухгалтер, понимая стратегическую важность своей должности, к новому "генералу" со всей прямотой обратилась: "Мне новое место искать или как?" Георгий Владимирович тогда еще до кульминации самодурства не дошел, а потому снизошел: "Нет. Будем работать". Как злые языки отмечают, видно, надеялся, что обласканная нежданным великодушием, главбухша теперь в сокровенных финансовых предприятиях ему крепкой опорой станет. Случись какая проверка, и огонь на себя вызовет и с высоты накопленного опыта от удара босса документально прикроет. Вот только главный счетовод шефской милости, похоже, не оценила: в реверансах особо не расшаркивалась, советоваться о каждой запятой в приемную не бегала, а в самый неподходящий момент и вовсе "благодетелю" весьма соблазнительные перспективы пообломала. Когда начали при существующем МУП ООО создавать, да бюджетные средства кроить, бухгалтер очень некстати про законы вспомнила. И давай препятствия чинить: мол, не дам казенные деньги по частным карманам рассовывать и все тут! Короче, отплатила черной неблагодарностью. "Верховную" операцию по выдавливанию счетовода с должности провернули скоро да со скандалом. Состряпало руководство такую махинацию с документами, что вышло, будто главбух полномочий хватила лишних. Без ведома высокого начальства авансы кому ни попадя раздавала, субординацию не блюла, цену подписи первого лица предприятия запамятовала. В общем, сковырнули специалиста. Надо заметить, оскорбленная незаконной формой увольнения, женщина даже в белый дом с жалобой ходила. Где ей глазоньки на реалии провинциальной современности и открыли. Дескать, руководитель нынче волен сам себе бухгалтера и в целом всю команду подбирать, будьте добры смириться.

И начались видения

А Георгий Владимирович после этого случая будто бы враз всю полноту своих чиновничьих полномочий прочувствовал. Но особенно ярко тот момент, что границы их практически не ощутимы. По каждой мелочи свое авторитетное мнение завел. И спаси боже, если кто из подчиненных при нем свою линию гнуть пробует - непременно она поперек горла начальнику пройдет. Естественно, неуважение в этом руководителю мерещилось возмутительное и холодок подозрения пробегал: уж не идейный ли враг в образе умничающей хари оформился? А потом и вовсе та часть коллектива, что с Прежним работала, против сердца ему встала. Всюду супостаты мерещатся: будто шушукаются "холопы" по своим кабинетишкам, нового начальника всуе склоняют, "революцию" по свержению первого лица замышляют. Иных, особо в "идейной неблагонадежности" подозрительных, вызывал в светлейшие покои свои и прямо в лоб бухал: "Мне доложили, что вы против меня подписи собираете. Увольняйтесь немедля!" Другим предпенсионный возраст в непростительную вину вменял - тоже выживал с предприятия. А тех, что остались до сих пор, говорят, в перманентной тревоге обещанием держит: "Уберу всех, кто работал с Прежним!" Лютует князь-батюшка. Видно, нет его душеньке покоя на служебных высотах - одолело самодурство проклятое. Как тут не вспомнить, отчего целые эпидемии этого недуга в руководящих кругах случаются - от вседозволенности с безнаказанностью.