Ретро
Кира КАЛИНИНА В преддверии Дня Победы в музее-усадьбе купцов Колокольниковых состоялся круглый стол с почетным гражданином Тюмени председателем городского совета ветеранов Василием Прокопьевичем Малковым. Научный сотрудник музея Наталья Москвина напомнила приглашенным на встречу старшеклассникам, что звание почетного гражданина в Тюмени, как и во всей России, утверждалось трижды. Впервые это произошло в 1832 году, в царствование Николая I. Тогда привилегированная категория "сословия городских обывателей" включала потомственных почетных граждан и личных почетных граждан. Те и другие освобождались от подушной подати, рекрутской повинности и телесных наказаний. В Советском Союзе об этом виде общественного признания вспомнили в 1966 году, а когда Союза не стало, в России заново учредили институт почетного гражданства. В 95-м году в Тюмени было принято положение "О присвоении звания "Почетный гражданин города" за выдающиеся заслуги перед городом в области науки, культуры, образования, спорта, городского хозяйства, обеспечения общественной безопасности и за активное участие в жизни города". За 174 года в почетные граждане Тюмени был произведен 41 человек, и один из них - Василий Малков. Он родился 17 апреля 1924 года в Тюмени. К июню 41-го успел окончить 9-ый класс, но заявление в военкомат отнес в первый день войны. И отказа не получил, хотя из Тюмени его забрали не сразу... Он был из тех мальчишек, кто тезис "Если завтра война, если завтра в поход" воспринимал не как угрозу, а как руководство к действию. Занимался в Осавиахиме, сдал нормативы "ворошиловского стрелка", окончил курсы "буденовских конников", рубил шашкой лозу - под лозой инструкторы разумели противника в завтрашней войне, будто не замечая, что время бравых кавалеристов ушло, а место лихих скакунов заняли мотор и броня... Но Василий Малков не считает, что верховая подготовка была потерей времени, - ведь она делала подростков сильными, ловкими и выносливыми. "Мы неплохо подготовились к армии. Поэтому в 17 лет смело пошли на фронт. Поэтому, может, и живыми остались". Чудеса современной техники тоже не обошли Тюмень стороной. На углу улиц Герцена и Первомайской, в двух шагах от нынешней администрации города, размещался тюменский аэроклуб. У Василия Прокопьевича был сосед, который прошел там курс обучения, и Малков загорелся желанием стать летчиком. "Это было время становления авиации - все мы тогда болели небом". Посему попасть в клуб было непросто. Принимали тех, кто делом доказал свою решимость и поднаторел в "небесной механике". После уроков претенденты ходили поработать на клубный аэродром - "как тогда говорили, заносили хвосты у самолетов". В группе Малкова было 17 человек. 22 июня они, как обычно, явились на поле, а там инструктор с группой курсантов: "Ребята, объявлена война, пишите заявления". Юнцов, прошедших начальную летную подготовку, направили в авиационное училище. Кажется, в Саратов. Группа Малкова решила не отставать. Сперва ребят использовали в качестве курьеров - они разносили повестки по домам тюменцев, подлежавших призыву. Потом на месяц послали убирать горох... Наконец - пора! Сутки на сборы - будущих асов ждало Кемерово, куда должны были перебросить одно из авиационных училищ европейской России. Но в октябре враг вплотную подошел к Москве, и училище вместе с курсантами и самолетами с полдороги вернули на фронт. А тюменцев отправили в Новосибирское военно-пехотное училище... "Рожденный ползать летать не может", - шутит ветеран. Он неохотно рассказывает о войне: "Лучше, чтобы был мир". На патетический вопрос о боевом крещении отмахивается: "Ничего интересного". Выпуск в училище состоялся 1 мая 1942 года. 18-летнего лейтенанта направили в 99-ю Краснознаменную стрелковую дивизию, а дивизию - под Сталинград. Позже, после эпической битвы на берегах Волги, ее переименуют в 88-ю Гвардейскую Краснознаменную Запорожскую ордена Богдана Хмельницкого и ордена Суворова стрелковую дивизию. Ну, а пока... "Когда наша дивизия шла из Балашова на передовую, там практически не было фронта - просто свободное от войск пространство. Под самым Сталинградом мы первые встретили немцев. Но это были передовые части, не готовые к серьезному сражению. Они остановились, подтянули войска и на следующий день подвергли нас жесточайшей бомбардировке. Первая волна - самолетов 150 - накатила в 5 часов утра. Но за ночь мы сумели окопаться, и это спасло нас от больших потерь. Второй налет, менее массированный, произошел часов в 11. Следом - артиллерийская подготовка. Немцы шли в атаку пьяные, с засученными рукавами - думали взять нас на испуг. Потери понесли огромные... Они не знали, что нарвались на кадровую, уже испытанную в боях часть. Как писал потом Жуков, 99-я Краснознаменная единственная погнала немцев в первый день войны. Ей была дана команда отступить, чтобы избежать окружения... Наша дивизия занимала оборону на 5-километровом участке фронта - мы практически не отступили ни на шаг. Единственное, что вынуждало нас сдвигать позиции в сторону Волги, это вонь разлагающихся трупов на нейтральной полосе. Лето было жаркое, смрад просто не давал дышать". Василий Малков был командиром стрелковой роты, помощником начальника штаба полка, командиром стрелкового батальона, начальником заставы на демаркационной линии с Германией. Был ранен и дважды контужен, награжден редким полководческим орденом Суворова III степени, орденом Красной звезды, Отечественной войны I степени, медалью за оборону Сталинграда, за освобождение Варшавы, за взятие Берлина, за Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов, памятными медалями... Демобилизован в звании гвардии капитана в ноябре 1946. Окончил тюменский кооперативный техникум, потом заочный институт инженеров железнодорожного транспорта. На пенсию ушел с должности начальника производственного объединения "Тюменьдорстрой"... Обо всем этом слушатели узнали от Натальи Москвиной - не от Малкова. Сам Василий Прокопьевич с большей охотой рассуждает о том, как надо строить жизнь молодому человеку, чтобы вырасти здоровым, сильным, упорным, деятельным, а, значит, успешным и счастливым, чему стоит поучиться у старшего поколения. Вспоминает, как вместе со сверстниками купался, ходил на лыжах, катался на коньках, гонял в футбол, крутил сальто на самодельном турнике... не курил, не пил, целые дни проводил на воздухе, но и книжки читать не забывал. Только Маяковского не любил. "Стихи там вообще... - с радостью подхватывает один из старшеклассников. - Смысла никакого". А вы говорите: конфликт поколений!.. Нужно больше мест для занятий спортом, настаивает Малков, больше зелени... как в белорусском Могилеве, где он побывал в прошлом году. В городе, заново отстроенном после войны, жилые микрорайоны окружены парками - Могилев погружен в зелень. А у нас на месте городского сада "сделали дорогу, где в жару палящее солнце - зеленый пятачок фактически ликвидировали, чистого воздуха негде глотнуть". Нет, это вовсе не значит, что раньше было хорошо, а теперь скверно. Не было и не будет на земле такой власти, что "все были счастливы, как в раю". Прежде было и добро и худо - и сейчас не иначе. Малков утверждает: "Надо трудиться, любить семью - тогда все будет нормально". А милостей от власти ветеран предлагает не ждать - нужно самим создавать среду своего обитания. "Давайте возьмем шефство над участком от улицы Аккумуляторной в сторону дороги, которая идет на аэропорт, сделаем там парк, места отдыха, спортплощадки." Хочется порадоваться такому несовременному энтузиазму, тем более, что школьники идею не отвергли, - но тревожит опасение... Пусть не угаснет задор, пусть найдутся те, кто и поддержит и поможет, - но вдруг через годик выяснится, что у кого-то на этот кусок земли другие виды. И пройдется бульдозер по парку и спортплощадкам - никаким энтузиазмом его не удержишь... А что, не было в жизни Василия Малкова этаких бульдозеров? Не крушили дело рук его не ломали надежды?.. Наверняка ломали - и не раз. Но ему, похоже, все равно хочется строить. Школьнице, спросившей о чувствах, которые двигали им в бою, ветеран ответил так: "Я понимаю, о чем вы. О патриотизме. Но что такое патриотизм? Это любовь - к месту, где вырос, к отцу, к матери, к друзьям, к природе, - ко всему окружающему. К труду. С каким чувством мы воевали? Мы защищали свою родину. А чувство было единственное - скорее кончить войну и вернуться домой". Чтобы строить. |
|
