Мало кто из жителей Югры рискнет упрекнуть муниципальные и окружные власти в недостаточном внимании к проблемам беспризорников. Югорские города не наводняют армии малолетних попрошаек. Никто не хватает прохожих за полы пальто, взвывая: «Обратите внимание, граждане, на убожество мое!» Милиция методично задерживает несовершеннолетних бродяжек. Специализированные учреждения: интернаты, школы закрытого типа, детские дома и т.д. - финансами обеспечены, кадрами укомплектованы, работают в полную силу и готовят к вводу новые корпуса.
В этой связи необычная ситуация возникла в Сургуте. Здесь уже около пяти лет достаточно остро стоит вопрос создания учреждения для первичного приема детей, лишенных родительского попечения. Мы говорим о детях безнадзорных (тех, кто растет в социально неблагополучных семьях) и беспризорных (попросту - о маленьких бомжах). Нет-нет, и у нас беспризорников заботой не обошли - скорее, наоборот. Только заботу эту возложили на плечи... медиков. Сегодня сургутские больницы уже не выдерживают растущего потока беспризорных. Как долго подразделениям МГБ №1 выполнять функции приюта, а медспециалистам - примерять на себя роль Армии Спасения? В этом пыталась разобраться «СТ».
Великое переселение... Куда?
Законодательство действительно обязывает лечебно-профилактические учреждения (в данном случае - МГБ №1) проводить обязательное обследование детей, оставшихся без родительского попечения. Но - в возрасте до четырех лет. Для этого в больнице специально выделяются койки, рассчитывается финансирование и т.д. Отказных детишек сюда привозят из роддома, а маленьких беспризорников доставляет милиция. Здесь малыши находятся, покуда органы опеки не определят их дальнейшую судьбу: как правило, детей направляют в Урайский дом ребенка или в Дом ребенка «На Калинке». Некоторых детей возвращают в семью. В 2005 году в МГБ №1 обследовались 41 отказной и 41 беспризорный ребенок до четырех лет.
А вот специального приемника для беспризорных детей в возрасте от 4 до 17 лет в городе нет. И это при том, что выявляют этих детей постоянно: милиция пачками собирает их в ходе рейдов по проблемным семьям. Бомжиков-путешественников ловят на вокзале. Оливеры Твисты едут в Сургут со всего региона: из Тюмени, Локосово, Пыть-Яха, других городов. Летом ряды юных кочевников пополняют босяки с юга - дети солнечного Таджикистана.
Алгоритм (довольно-таки странный) по устроению выявленных гаврошей в Сургуте выработался. С улицы ли, из дому, больных ли, здоровых -всех везут в больницу на госпитализацию. Здесь дети находятся достаточно длительное время, пока не пройдут полное обследование. Ребят до семи лет размещают в детском отделении №3, тех, кому от 8 до 17 лет, - в ожоговом отделении. Нынешней зимой беспризорникам постарше пришлось туговато. Некоторым медики отказывали в приюте: ожоговое отделение переполнили обмороженные граждане (60 человек на 30 коек). А направлять 16-летних парней в детское отделение было бы неразумно.
- Примите во внимание, что 70 процентов из числа этих детей при поступлении в больницу здоровы. Звучит абсурдно: здоровые дети вынуждены лежать в больнице, причем они тут же и заболевают. У нас нет возможности изолировать их от больных, поэтому, например, в детском отделении №3 дети инфицируются ОРЗ. В ожоговом отделении невозможно исключить контакт с гнойной инфекцией. Понятно, при наличии заболевания нам приходится задерживать детей на более длительный период, - рассказывает заместитель главного врача МГБ №1 по педиатрии Виталий Мещеряков.
Да простят мне читатели неблагородный образ мыслей, но, по-моему, можно понять и недовольство обыкновенных пациентов. Как-то вроде бы нежелательно пребывание в отделении, которое частично напоминает импровизированный приют для бродяжек, среди которых есть и больные (выявляли, к примеру, носителей гепатита).
Сопротивление материала
Обслуживать беспризорных детей медицинским работникам, мягко говоря, трудновато - ну не профиль это инфекционистов, педиатров и т.д.! Ладно, если малыши. Хотя работа с ними также сопряжена с большими психологическими нагрузками.
- Мы рады помочь малюткам, заботимся о них, как о родных детях. Многие дети из «трудных» семей не привыкли к ласке, глядят на нас, как звереныши. Когда хочешь погладить ребенка, он закрывает глазки и прикрывает ручками голову - ждет, что сейчас его ударят. Некоторые ребята едят только хлеб - они не знали другой пищи. Еду поглощают моментально, боятся, что отберут. Видно, что дома детки не развивались: только в спокойной больничной обстановке, на наших глазах они учатся ходить, говорить. Они повторяют то, что слышали дома за свою недолгую жизнь. Их первые слова - матерные. Это очень тяжело видеть, - говорит заведующая детским отделением №3 Зинаида Кострубина.
Еще сложнее приходится сургутским эскулапам с юными неврастениками - беспризорниками постарше. Этими точно не поумиляешься. Контингент такой, что впору вспомнить слова Феликса Дзержинского: «Никто не поможет нашим детям, кроме НКВД». Пенять тут можно только биологическим родителям несчастных ребят, в семьях которых они и выросли такими - злыми, хитрыми, аморальными. Вольнолюбивые сычи, они все время рвутся на свободу. Бьют оконные стекла в больнице и сбегают. Ответственность, естественно, ложится на врачей.
- Дети школьного возраста и подростки часто характеризуются поведенческими девиациями и психопатическим складом личности. Они нарушают режим работы медперсонала, нередко убегают из отделения. Конечно же, им нужна помощь специалистов немедицинского направления - социального педагога, психолога. Условия их содержания, вероятно, должны быть иными: охрана, решетки на окнах и прочее. Но наша больница не режимное учреждение. Мы не можем силовыми методами обеспечивать соблюдение дисциплины среди этих детей, - объясняет Виталий Мещеряков.
Гроши на гаврошей
Рисуемую картину заключим парой меркантильных мазков. Уныло-озабоченно свидетельствует статистика: в 2005 году в МГБ №1 были госпитализированы 117 человек - беспризорных и безнадзорных детей в возрасте от 4 до 17 лет. Ежегодно порядка 20 беспризорников попадают в больницу повторно. Здесь их кормят, одевают и излечивают от недугов. При таком раскладе неудивительно, что некоторые опустившиеся мамаши сами звонят в милицию: заберите, мол, моего оболтуса в больницу, надоел до чертиков, да и кормить нечем.
Особенно затратно пребывание беспризорных в детском отделении №3: детей осматривает педиатр, узкие специалисты, проводится полное лабораторное обследование. В 2004 году таких исследований выполнено было 1250, в 2005-м - уже 1502. Финансируется содержание и лечение беспризорных из городского бюджета. Затраты на одну госпитализацию ребенка до 7 лет составляют 51 745 рублей; старше 7 лет - 22 283 рубля. Со временем больничные расходы на беспризорных только увеличиваются.
В конце 2005 года руководство МГБ №1 вышло на чиновников горадминистрации с инициативой решения наболевшего вопроса.
- Мы настаиваем: нужно разделить поток несовершеннолетних, оставшихся без родительского попечения. Мы готовы выполнять свои обязательства - принимать беспризорных до 4 лет и детей, находящихся в состоянии алкогольного опьянения вне зависимости от возраста. Но решать проблемы по первичному приему беспризорных детей 4-17 лет должна другая инстанция! - говорит заместитель главного врача МГБ №1 по лечебной части Лидия Семченко.
Как сообщила «СТ» заместитель председателя комитета по здравоохранению по лечебной работе Марина Тараник, в комитете активно работают над этой проблемой, но решать ее надо комплексно. Содержание беспризорников в компетенцию медицинских учреждений не входит. Этот вопрос будут обсуждать на аппаратном совещании главы города. Ожидается, что на заседании будут присутствовать представители управления опеки и попечительства. Согласно нормативным актам специальное учреждение для социальной реабилитации беспризорных несовершеннолетних детей старше 4 лет должно входить в состав социальной службы. Управление социальной сферой, как известно, согласно изменившемуся законодательству отнесено к полномочиям субъекта Федерации. Таким образом, теплится надежда, что округ возьмет на себя расходы по созданию и содержанию приемника для беспризорных детей.
Мария Уварова.