На страницах «Сургутской трибуны» публиковалось письмо голодного учителя. Но письма голодного пилота еще не было.

Людям гордой профессии как-то не к лицу жаловаться на плохую жизнь - это дурной тон. Хотя в России летный труд никогда не оплачивался высоко. А сейчас у пилотов отобрали последнюю надежду на достойную старость - пенсию. Непонятно, почему она вместо 1200 рублей стала семьсот. Тайна этого превращения никому не известна.

Но пенсия еще впереди. Неожиданно перед нами, пилотами, встала даже такая проблема, как питание на эстафете, то есть при ночевке в других городах. В застойные времена эта проблема решалась просто: выдавались талоны на питание. В любом аэровокзале пилоту была гарантирована возможность что-нибудь поесть.

Наставление по производству полетов обязывает пилота информировать стартовый медпункт и командование о том, что по каким-то причинам, в том числе из-за недостаточного питания, он отказывается от полетов. Я не получал зарплату с марта, правда, в мае был в отпуске и отпускные получил. Жена у меня педагог - с ее зарплатой все ясно.

Чтобы не доводить ситуацию до абсурда, я написал на имя главного бухгалтера заявление с просьбой выдать аванс 500 рублей, так как стоял в плане полетов рейсом 101 на Тюмень, что предполагало ночевку в Тюмени и вылет в Сургут только в 19.20 следующих суток. Сидеть в аэропорту Рощино целый день, не имея возможности перекусить, - удовольствие ниже среднего. Аванс я просил в счет задолженности по заработной плате.

Администрация решила вопрос однозначно: от полетов отстранить, денег не выдавать. Отстранение от полетов нанесло ущерб бюджету моей семьи на 6,6 процента заработка. Исполняющий обязанности директора фирмы «Сургутавиа» г-н Самойлов В.Ю. и г-н Зайцев В.Г. - первый заместитель директора, командир летного комплекса точно рассчитали свои действия. Если отстранить от работы таким образом председателя профкома, то кто из рядовых пилотов решится требовать свою зарплату?

Я считаю, что работать бесплатно - это преступление против семьи. Но возможность безнаказанно не выплачивать зар-плату, видимо, затягивает администрацию.

А как расценить тот факт, что профсоюзные взносы работников не перечисляются на счет профсоюзной организации? Ведь по сути дела профсоюзные деньги используются не по назначению.

Я читал и слушал пространные интервью руководителей «Сургутавиа» в газетах, по радио и телевидению. Не хочу подрывать авторитет фирмы, которая нас кормит, и надеюсь, как и все работники, получить заработную плату. Я понимаю, что бесплатный труд очень ценен для фирмы «Сургутавиа», как и для любой другой.

Но заявление г-на директора Мартиросова о том, что с 15 сентября 1998 года прекращаются рейсы на Ту-154, а потом они возобновятся, вызывает чувство обеспокоенности. Ведь все понимают, что эти рейсы возьмут в свои руки конкуренты - такие авиакомпании, как «Карат» и «Трансаэро».

Не секрет, что собственнику сейчас выгоднее закрыть предприятие, чем продолжать производственную деятельность. Сложность тут одна: увольнение - дорогое удовольствие. Перечисление денег в фонд занятости, расчет по отпускам, выходное пособие... Не проще ли создать такую обстановку, которая заставит персонал уходить по одному и по собственной воле? Не поэтому ли работникам не выплачивают зарплату? Как говорится, есть человек - есть проблема, нет человека... Не хотелось бы, чтоб так получалось.

В.Закладный, председатель профкома летного комплекса фирмы «Сургутавиа».

Мы редко публикуем стихи. Но выдержки из этого стихотворения, как нам кажется, увязываются с темой разговора. Автор - бывший пилот «Башкирских авиалиний» посвятил его «пилотам-пенсионерам, сегодняшним и будущим, а также проводникам и прочей летающей и летавшей братии».

Вот и все, товарищи пилоты!

Точка! Отлетался по весне.

И в дальнейшем все мои полетыбудут продолжаться лишь во сне.

Может, стал я небу неугоден?

Нет, конечно, что за разговор.

В медицинской книжке врач «негоден» вывел слово, словно приговор.

Жаль, но только годы, годы, годы...

Не летать мне больше наяву.

И сегодня я, как все пилоты, с пенсией уборщицы живу...

...Мне не так уж горько, что списали.

Это как-то можно пережить.

Горько лишь за то, что наказали пенсией, с которой не прожить.

1997 год.

Фото Сергея БАЛАШОВА.