Ирина ЛЕНЬКИНА
Первый заместитель мэра города Вячеслав Новицкий вот уже 10 лет возглавляет призывную комиссию города Сургута. И поскольку официальные итоги осеннего призыва, который длился с первого октября по 30 декабря 2001 года, будут подведены не раньше конца января, это интервью, записанное накануне Нового года, можно отнести к итогам промежуточным.
Последнее заседание призывной комиссии в 2001 году состоялось 27 декабря. К отправке в армию планировались 40 человек. Не факт, что все они пойдут служить, ибо теоретически они могут вернуться из Пыть-Яха. За весь осенний призыв из Пыть-Яха в Сургуте вернулись 13 человек. Дело в том, что молодые люди были признаны годными к службе в рядах Вооруженных сил, однако пока они были в Пыть-Яхе, где расположен окружной пункт, пришли результаты анализов, и по состоянию здоровья им пришлось вернуться домой. Причем восемь человек пришлось снять с отправки самостоятельно по получению результатов анализов с диагнозом «СПИД».
- Вячеслав Федорович, каким образом сегодня происходит призыв в армию?
- Человек проходит медицинское освидетельствование. Если комиссия делает вывод «годен», ему выписывают повестку. Как правило, до отправки еще остается неделя -10 дней. Человек должен уволиться, если он работает, собраться, попрощаться, провести проводы и так далее.
- Сколько человек планируется для отправки в армию?
- План на осенний призыв по городу Сургуту, который доведен постановлением губернатора ХМАО Александра Филипенко, составляет 449 человек. До последней отправки мы призвали 360 человек в ряды Вооруженных сил. Прибавим еще 40, которые ушли в армию 26 декабря, то есть план мы пока не выполняем. Сегодня проработали целый ряд мероприятий, чтобы увеличить отправку, потому что резервы у нас есть. В этом году более 350 человек попытались уклониться от службы в армии. Они не являлись в военкомат, прячутся у родственников и знакомых. Из них примерно 180 человек доставлены в военкомат органами внутренних дел. Два сотрудника УВД постоянно дежурят в призывной комиссии. Кроме того, работают ежедневные утренние наряды из числа сотрудников правоохранительных органов. 199 человек до сих пор находятся в розыске.
- ...В бегах?
- Конечно. Они не открывают двери, прячутся, те, кто работает, стараются взять отпуск на это время или больничный - «косят», одним словом. Мы составили определенный перечень мероприятий, которые проводятся совместно с прокуратурой. По результатам осеннего призыва, думаю, уголовных дел будет гораздо больше, чем раньше. Из 199 человек, которые сегодня скрываются, как минимум 21 претендует на «статью»: в отношении этих лиц готовятся материалы для уголовного преследования по причине того, что они уклоняются от службы в армии без уважительной причины. Прокуратура требует для этого соблюдения всех условий. В частности, должно быть документально подтверждено вручение повестки, обеспечена явка и так далее.
А вообще есть у нас «рекордсмены», которые умудряются уклоняться от армии не один призыв. Так, до сих пор не призваны в армию граждане 1978-1979 годов рождения (то есть им уже по 23-24 года), соответственно 43 и 49 человек. Это в основном лица с высшим образованием, которые, если у них была военная кафедра, обязаны отслужить в армии только год, но под тем или иным предлогом стараются этого избежать. Нужно отметить, что отделы кадров и руководители предприятий занимают пассивную позицию и не являются активными помощниками военного комиссариата и администрации города в выполнении закона «О всеобщей воинской обязанности». Я проводил совещание с руководителями вузов города, руководством филиалов. Здесь тоже имеются значительные нарушения.
Призывная комиссия не стремится взять в армию всех подряд. Наша задача - соблюсти российское законодательство. В Сургуте 16 филиалов вузов. Если бы у всех была лицензия на ведение образовательной деятельности, государственная аккредитация, нет проблем. Мы предоставляем отсрочку, если она положена по закону. Но беда в том, что целый ряд филиалов, так называемых представительств, как минимум одно из условий не выполняют - либо нет аккредитации, либо нет лицензии. Филиалы работают в основном на коммерческой основе и зачастую обманывают родителей, когда говорят, что студентам полагается отсрочка.
- Вячеслав Федорович, но получается, что городская администрация разрешает им так поступать?
- Нет, конечно. Есть порядок открытия филиалов, он предусматривает соответствующее решение совета ректоров, который работает в Ханты-Мансийске. Когда есть решение совета ректоров о том, что преподавание такой-то специализации необходимо в таком-то городе, филиалы по имеющейся уже методике оформляют разрешения. Есть проблемы с законодательством, трактовка некоторых положений позволяет двоякое толкование, чем и пользуются. Тем не менее все, кто не старается обойти закон, нормально работают. Пример тому - Тюменский нефтегазовый университет. Все лицензии, аккредитация, необходимые договоры, аренда помещения, наличие материально-технической базы... У нас нет претензий к Омскому университету и ко многим другим.
Но есть ряд филиалов, которые просто саботируют наши предписания - либо не могут их выполнить, либо рассматривают город Сургут как место, где можно заработать, ведут себя как рвачи. Очень обидно, что им удается обмануть родителей, которые становятся их жертвами. Тяжело разговаривать с родителями, которые говорят: «Мы же поступали, платили деньги, нам же обещали, нам говорили, что будет лицензия, будет освобождение от армии»... А теперь, мол, призывная комиссия свирепствует, старается «забрить» головы всем подряд. Это все, конечно же, не так. В соответствии с законом человек имеет полное право на отсрочку. Более того, мы большому количеству призывников предоставляем отсрочку по уважительной причине.
- Приведите пример.
- Например, парень не может 11-й класс закончить. Мы ведем с призывниками уважительный диалог, разговариваем на «вы», даем возможность исправить ситуацию. Смотрим на успеваемость, даже считаем, сколько у него троек. Говорим ему, что, если троек будет меньше, мы тебе еще одну отсрочку дадим. Только учись.
- Куда идут служить призывники из Сургута?
- Мы отправляем призывников в распоряжение Уральского военного округа. Как правило, призывники из Сургута направляются в органы МВД, сухопутные, погранвойска, в морфлот, а дальше мы влиять не можем. Когда родители спрашивают у нас, не попадут ли их дети в горячие точки, мы отвечаем так: шесть месяцев они будут находиться на территории Уральского военного округа, а дальше мы не знаем.
- Уже долгое время ведутся разговоры о том, что здоровье у наших призывников очень слабое. Ситуация не меняется?
- К сожалению, пока нет. Призыв в армию идет исключительно в соответствии с законом, с теми нормами и требованиями, которые предъявляют к призывникам. Я напомню, что призывают в армию не всех подряд. Есть те, кому призывная комиссия выносит заключение «ограниченно годен». Они, во-первых, не могут идти служить в некоторые роды войск. Во-вторых, есть и такие, кто может быть призван только во время военных действий. Проблему здоровья призывников тоже можно разделить на две части. Объективно состояние здоровья призывников из года в год все слабее и слабее. Очень печально, что львиную долю заключения «не годен» занимают больные с диагнозом «наркомания» и ВИЧ-инфицированные.
- Получается, «лучшая» причина для того, чтобы не идти в армию, - сесть на иглу?
- Тут уж надо выбирать - или идти служить в армию, или отправляться через пару лет на Черную речку. Наркоманы, как правило, больше не живут.
- Напротив, говорят о том, что ситуация с наркоманией в городе Сургуте стабилизируется, число заразившихся идет на спад, что нет прироста...
- Стабилизация, конечно, важна, только на какой отметке? Только за время осеннего призыва более ста человек признаны негодными к службе в армии как наркоманы. В призывную комиссию поступили данные из психоневрологического диспансера. Они говорят о том, что молодые люди 1985 года рождения встают на учет в ПНД. Им по 16-17 лет, а они встают на учет как наркоманы. Сто человек из них ВИЧ-инфицированы. Такая вот невеселая статистика.
- Вячеслав Федорович, а вообще у этого призыва есть какие-то особенности или он такой же, как и все?
- Я уже 10 лет председатель призывной комиссии. Посчитал тут недавно, что за это время я уже дивизию в армию призвал, это около шести с половиной тысяч человек. Если говорить об особенностях, то начиная с 1995 года призыв идет очень сложно. Особенно это ощущалось в 1996 году, когда начались боевые действия в Чечне. А как тяжело было разговаривать с родителями, с комитетом солдатских матерей... Сейчас с комитетом отношения хорошие. Когда есть возможность, помогаем им в отправке гуманитарной помощи. Все родители, чьи дети не вернулись в Сургут из зоны боевых действий, знают друг друга, поддерживают, как могут.
- Ваш-то сын наверняка в армию не пойдет?..
- Моему сыну сейчас 16 лет, он далеко не отличник, учится посредственно. И я ему говорю, что когда уволюсь, смогу давать платные консультации на тему, как избежать службы в армии, но ему помочь я просто не смогу. Я однозначно не буду этим заниматься, да он и не попросит. Поэтому он обязан либо поступить в вуз и получить законную отсрочку либо идти в армию.
- Ваше воинское звание?
- Майор запаса. Я отслужил срочную службу в Германии, демобилизовался старшиной, а это максимальное звание для срочной службы, а служил солдатом. Поэтому я хорошо знаю проблемы солдат, в том числе проблему дедовщины. Потом была военная кафедра в авиационном институте, поэтому получил звание лейтенанта. Звание майора присвоено только в 2001 году.