Мария ЛЕБЕДЕВА

Человечество всегда отличало стремление познавать и постигать. Пять-шесть веков назад путешествия отличал прагматизм - открыть и разведать, найти, присоединить, расширить империю, охватить влиянием... Конечно, и в те времена присутствовали азарт и любопытство, нетерпение и жажда побеждать; тут счастливо пересекались имперские интересы и потребности путешественников. Но время, именуемое в истории «эпохой великих географических открытий», прошло. Сегодня мы редко употребляем слово «путешествие», нам ближе круизы и поездки. Человека, добровольно меняющего удобства теплого туалета, негу ежедневного душа и скороспелость микроволновки на костер, спальный мешок и звенящий ручей, средь шума городского найти непросто.
Путешественник с 20-летним стажем Иоанн Горненский прибыл в Сургут автостопом из Екатеринбурга. На счету Иоанна несколько десятков путешествий. Без преувеличения, путешественник обошел полмира. Горненским написано и издано несколько книг (другие написаны, но не изданы). Он читает лекции в университетах страны, дружит с известнейшим путешественником Федором Конюховым и вынашивает дерзновенные прожекты.
- Как вы попали в Сургут?
- Я написал сценарий фильма об исследователе Севера Константине Носилове - замечательном путешественнике, незаслуженно ныне забытом. Сценарий был одобрен «Свердловнаучфильмом», режиссер Татьяна Васильева взялась за производство. Но фильм дорогостоящий - 70 тысяч долларов. Я стал искать спонсоров и пришел в Ханты-Мансийск. Мне обещали осенью рассмотреть этот вопрос. Из Ханты-Мансийска - в Сургут. У меня задумано большое путешествие, и я ищу на него средства.
- А можно узнать о вашем «большом путешествии» подробнее?
- Мой последний проект называется «Фома Ариаварта». Фома - это апостол, один из 12 учеников Спасителя, Ариаварта - древнее название земли ариев, которая находилась в центральном гималайском пространстве. Фома сделал невозможное: после смерти Христа он, ведомый сакральной идеей христианства, дошел до Индии. Представьте, в те времена - первые десятилетия новой эры - добраться до Индии! Кстати, апостол шел дорогой Александра Македонского. Но великий Александр прошел этот путь, дабы создать величайшую в мире империю. Создал, но ненадолго: после его смерти она развалилась. Апостол Фома тоже создал империю - христианскую империю духа. На мой взгляд, апостол совершил больший подвиг, нежели вся армия величайшего завоевателя мира.
Путь Фомы частично повторил апостол Матфей, который дошел до озера Иссык-Куль и был в конце концов там похоронен. Путь апостола Фомы закончился на месте бывшей португальской колонии в Индии на мысе Гоа, где Фома организовал церковь. Апостол обратил в христианство дочерей местного царя, за что царь посадил его в темницу. В темнице апостола пронзили пятью копьями - так он нашел свою смерть.
- Насколько сложно сегодня находить средства для путешествий?
- Невероятно сложно. Когда-нибудь я напишу об этом книгу.
- Путешественник - это призвание или профессия, которой можно обучиться?
- Я фаталист и уверен - путешественником нельзя стать. Можно только родиться. Причем есть несколько типов путешественников. Первый - путешественники-одиночки. Например, Федор Конюхов. Такие достигают недоступных вершин. Я имею в виду не восхождение на горные пики, а сложность и рискованность маршрутов. Таких путешественников во все времена было мало, это лучшие представители рода человеческого.
Вторая группа - исследователи. Они огибают Антарктиду, совершают кругосветные путешествия. Я же отношусь к третьему типу. Для третьего типа путешествие не является самоцелью. Главное - соприкосновение с тайнами мироздания. Это Рерих, Потанин.
Вот почему я путешествую в одиночку. В группе, в команде, как показывает опыт, такие тайны не познаются. Только одиночки могут открыть что-то в области запредельного. Разгадки тайн происходят в одиночных путешествиях. Человек, который путешествует в одиночку пешком и попутным транспортом, получает ключ к пересекаемому пространству. Если человек мыслящий, думающий, ему открывается пространство мистически, многие загадки оборачиваются ответом. Об этом я пишу в своих книгах.
- У вас есть любимые места на Земле?
- Я много лет отдал Памиру. Это моя самая большая любовь. Памир - величайшее в мире пространство огромных сказочных гор. Еще в восьмом классе я услышал завораживающее слово «Памир» и узнал от своего учителя географии, что тайны этих гор не разгаданы. Тогда я понял, что когда-то обязательно туда попаду. Так и случилось.
Я бывал во многих регионах нашей страны - от Карпат до Сахалина. Но более прекрасных мест, чем Памир, я не встречал. Одухотворенные, с чистым пространством, где так радостно ощущается бытие жизни, пульс Вселенной, где человек возвращается в свое изначальное детство, в детство в кубе. Потому что такого счастья, какое я испытал на Памире, я в детстве не испытывал. Там удивительная энергетика. Вы заряжаетесь чистотой гор, бытие приобретает свой особый, высший смысл.
- Говорят, на Земле нет некрасивых мест...
- Есть. Есть и проклятые места. Тот же Памир - блаженнейшее место, рай, сказка. А ледяная пустыня, которая идет от озера Кара-Куль, ужасна. Ее так описывали в древности, и ничего с тех пор не изменилось. На Земле есть очень разные места. Есть такие, откуда не хочется уходить. Есть места, которые прогоняют тебя, где тоскует душа. Таких много в Монголии. Это связано с тем, что многие города в той местности погибли в результате различных катаклизмов - наводнений, землетрясений. Над этими городами сохраняется эманация страха, горести, тревоги, отчаяния. Это практически осязаемые вещи.
- В дороге вы себя ощущаете комфортно. А как вы себя чувствуете в городах?
- Новые красивые города меня впечатляют. Недавно я был в Когалыме, Ноябрьске. Прекрасные города, чудесные храмы, свежее пространство, незакомплексованные люди. Здесь моя душа чувствует более вдохновенно, нежели в Москве или Санкт-Петербурге. В Сургуте я первый раз, и город мне понравился. Здесь одухотворенная атмосфера, легкость, эфемерность, которую то ли утратили другие города, то ли она сама исчезла. Я очень тонко чувствую города. Есть города, которые меня сразу выталкивают, мне там тяжело дышать. Это обычно места, где нет храмов, или, возможно, на них лежит проклятие. Например, в Екатеринбурге, где расстреляли царскую семью, двойственное состояние. С одной стороны, там тяжело. С другой - именно мученическая смерть дала благодать этому городу, и он сейчас процветает. Я считаю, что возрождение России начнется с Урала, с Сибири, а западные города себя изжили. Время, отведенное им творцом, видимо, подходит к концу. Это и Москва, и Санкт-Петербург.
- Путешествуя, вы сталкиваетесь с огромным количеством людей. Самое большое удивление в людях?
- Я люблю людей и не перестаю им удивляться. Я считаю, что человек должен всю жизнь удивляться, в этом заключается частица счастья. Я вижу учителя в каждом человеке. Когда встречаешь нового человека, это значит Бог послал тебе новое откровение, новую тайну.
- Вы путешествуете в одиночку. А в жизни вы одиночка?
- Я бы сказал, что я не выбираю. Если меня окружают люди, я счастлив. Если я нахожусь в одиночестве, я тоже счастлив. Я люблю читать лекции и люблю в одиночестве бродить по берегу. В горах я бродил один и получал наслаждение. Когда встречал пастухов и слушал их легенды, рассказы, тоже наслаждался.
- О человеческих возможностях путешествующего в одиночку вы знаете много. В вашем арсенале Тибет, Памир, пустыня Гоби, Монголия... Есть предел человеческим возможностям?
- Человеческие возможности очень ограничены. У каждого свой предел. Но с помощью Божьей этот предел увеличивается до бесконечности. С помощью Бога человек может сотворить любое чудо.
- Когда вам было сложнее всего?
- Таких моментов было много. В Бурятии я падал в пропасть. На Памире меня похищала киргизская мафия. Задерживали и держали по нескольку недель пограничники. Было у меня северное путешествие, когда шел на лыжах, на оленях один по тундре и чуть не замерз. Иногда казалось, что из передряги не выбраться. Но пока выбирался.
- Если подойти к идее путешествия философски, можно ли сказать, что путешествие - категория бесконечная?
- У меня нет четкой жизненной программы: вот закончится путешествие, начну заниматься тем-то. Мое путешествие бесконечно. Путешествия рождаются из путешествий. Все люди в жизни путешественники в той или иной степени. Не все об этом знают.
- Вы идете по намеченному пути. А если вам встретилась загадка, которая поманила в сторону, свернете?
- Если это не кардинальные поправки к моему маршруту, а приемлемые, дополняющие, расцвечивающие путь, тогда нельзя сказать, что это отклонение. Это корректировка свыше, и она, наоборот, полезна. Я к ней прислушаюсь.
- Вы сами выбираете маршрут или это сродни откровению, подсказке свыше?
- Думаю, что мои путешествия мне подсказывает ангел-хранитель. С детства мечтал о Памире - побывал. На карте однажды нашел город поэта Рудаки, мечтал попасть на его могилу. Попал. Кажется, что путешествия создаются иной раз и моим умом, но, по большому счету, они запрограммированы.
- Какой вес приходится нести на своих плечах во время путешествия?
- Вес моего багажа в прошлом году, когда я путешествовал по Монголии, составлял 40 килограммов. Вначале кажется трудно, потом привыкаешь.
- Вы путешествовали и в советские времена. Тогда было проще?
- Были свои трудности. Всегда на границе арестовывали пограничники. Почему-то многие интересные места находятся на границе... Когда я попал первый раз в экспедицию на север Якутии, я удивился, что нужно было делать пропуск - это пограничный район. Я тогда думал: неужели на Северный полюс кто-то собирается бежать?! Сейчас другие трудности. Люди могут путешествовать по всему миру, но это стоит огромных денег, а большинство не располагает этими суммами.
- Как вы умудряетесь распределять время? Вы и путешествуете, и читаете лекции, и пишете книги, и отыскиваете средства для книг и путешествий, обдумываете проекты...
- К сожалению, времени не хватает. Его не хватает всем путешественникам. Но многие путешественники имеют генеральных директоров, менеджеров, я - нет. Поэтому много полезного времени отнимают поиски меценатов.
- Насколько сложно издавать книги сегодня?
- Чрезвычайно сложно. Те, кто имеет средства издавать книги, как правило, не могут рассказать что-то интересное. Кто пишет интересные книги, не имеет средств на издание. Так что свобода печати относительна. Мои книги были напечатаны издательствами - им просто понравился материал. Спонсоров мне не удалось найти.
В столе у меня лежит несколько книг. Первая - «Дети Луны и Солнца». Это художественное произведение о сектах. Я бывал в некоторых сектах и по личным наблюдениям написал роман. Вторая книга - «Освобождение Торквато Тассо», об итальянском поэте. Третья - сборник рассказов «Крест пилигрима». Федор Конюхов предлагает мне совместный проект: издать книгу его и моих рассказов, но пока также не удалось найти средств и спонсоров.
- Что вы испытываете перед путешествием - азарт, сомнение, нетерпение?
- Только желание побыстрее начать путешествие. Путешествие даже успокаивает. Но не следует думать, что каждый человек может отправиться в далекое и трудное путешествие, были бы деньги. К сложным путешествиям готовятся долгие годы.
- Вы ведете путевые заметки?
- Обязательно. Я пишу дневники. Иногда - стихи.
- У вас какое образование?
- Высшее университетское.
- Вы знаете иностранные языки?
- Немного фарси, чуть-чуть английский.
- Где вы родились?
- Я считаю, что путешественник имеет только одну Родину - ту страну, где он родился.
- Вы верующий человек?
- Мне хотелось бы, чтобы я таким оставался.
- Вы поддерживаете связь с населенными пунктами во время путешествия? Кто-нибудь следит за тем, как протекает ваше путешествие, не случилось ли чего с вами?
- Нет. Но есть люди, которые за меня молятся, которым я не безразличен, которые болеют за мое путешествие. Их молитвы меня поддерживают.
- Иоанн Горненский - это ваше настоящее имя или псевдоним?
- Это имя, данное мне Богом.
P.S. Иоанн Горненский не нашел спонсорской поддержки в Сургуте и отправился дальше. Для грандиозного проекта ему требуется всего семь тысяч долларов. Всего - потому что путешествие займет три-четыре месяца, в течение которых Горненский собирается пройти около десяти тысяч километров и пересечь полтора десятка стран.