Сегодня исполняется неделя, как директор газоперерабатывающего завода Фарит Бурганов уже на другой работе - он заместитель генерального директора предприятия «Сургутгазпром» по эксплуатации компрессорных станций.

Всего лишь год Фарит Салихович занимал пост управляющего СГПЗ. За это время он смог достаточно подробно разобраться в схеме работы предприятия, управления, заставить людей поверить, что выход из тупика есть. Однако, несмотря на планы дальнейшего оживления производства, Бурганов оставил директорское кресло, дабы возвратиться туда, где, собственно, и начиналась его трудовая биография, - в «СГП».

Что побудило оставить завод и вернуться в привычные газпромовские стены - на эти и другие вопросы мы попросили ответить Фарита Бурганова.

- На место зама я пришел с хорошими чувствами. Дело в том, что кроме структуры «Газпрома», ранее она называлась нефтяной и газовой промышленностью, я нигде и не работал, так что в какой-то мере мое возвращение сюда схоже с картиной «Возвращение блудного сына». Это на самом деле так, ибо, несмотря на то что ГПЗ тоже относится к предприятиям газовой промышленности, система работы там была непривычной.

- Как был воспринят ваш уход с поста гендиректора завода?

- Многие расценили его как поражение: мол, был генеральным директором достаточно крупного даже по масштабам страны предприятия и ушел, не выполнив поставленной задачи. На самом деле выполнение этой задачи из разряда невыполнимого. Не мог я перебороть те тенденции, которые уже прочно сформировались на предприятии. Не мог переломить ситуацию, законодательную базу - это то же самое, что бороться с ветряными мельницами.

Конечно, обстановка там тяжелая, предприятие попало в такие невыносимые экономические условия, что выбираться на нормальный уровень предстоит еще достаточно долго. Когда я туда пришел, ГПЗ, если говорить образно, падал, как самолет в пике. В феврале этого года уже чувствовалось, что мы ситуацию побеждаем. Про себя я думал, что летом начнется стабилизация, а к осени, возможно, появится рост.

То есть, как вы можете понять, еще в начале этого года, да даже в феврале-марте, я и не помышлял, что уйду оттуда. У меня были составлены планы вывода производства на нормальный уровень работы.

Но есть основной акционер, по сути дела, хозяин предприятия, и у него свой взгляд на будущее завода.

- Основным акционером является «Сибнефтегазпереработка»?

- Номинально да, но фактически основным акционером этого предприятия является фирма «Газсибконтракт» - она и заправляет политикой. Дело в том, что там матрешечная система, когда одно входит в другое.

Так вот, в «Газсибконтракте» были не совсем удовлетворены моей деятельностью. И вопрос здесь не стоял о профессионализме, не нравилось другое - излишняя самостоятельность. Почему? Я до сих пор не пойму, ведь мы работали так, чтобы предприятие выправлялось.

У меня сложилось мнение, что у основного держателя акций нет серьезного подхода к делу управления крупным производством. Он плохо знает специфику промышленного предприятия. Кадровая политика мне тоже не по душе. Его аксиома «Кадры на сегодняшнем рынке труда можно найти всегда и без проблем» неверна. Даже при существующих масштабах безработицы найти грамотного специалиста нужного профиля, опытного да чтобы человек он был хороший - очень тяжелая задача.

- На ГПЗ сменился уже не один директор.

- После Александра Рязанова я второй.

- Можно ли говорить о том, что главный держатель акций сургутского газоперерабатывающего завода сознательно ведет политику, направленную отнюдь не на расцвет предприятия?

- Да, это совершенно так. У него задача следующая: деятельность подобных предприятий, а их несколько в Западной Сибири, свести к уровню цеховой организации. Чтобы они занимались только производством ШФЛУ. А для чего им это нужно? Сейчас реанимируется компания «Сиббур» (куда входит «Сибнефтегазпереработка») - предприятие нефтехимпереработки, для которого нужна загрузка. И загрузка будет именно на базе ШФЛУ. Таким образом, ГПЗ должен войти в качестве цеховой структуры в состав «Сибнефтегазпереработки».

Если говорить в целом, то эта идея, может быть, и не лишена здравого смысла. Но если говорить о СГПЗ... Завод был налогоплательщиком, предприятием, входившим в число базовых для Сургутского района. И просто так перечеркивать все это нельзя.

А в Москве считают - можно. Причем для меня было дикостью, что они даже не поставили в известность о возможных изменениях главу самоуправления Александра Сарычева, на территории которого расположен завод.

- Кому вы передали руководство заводом?

- Практически никому. Сюда приехали два человека, которые и будут управлять заводом. Но я говорю «никому» потому, что ни у того, ни у другого профессионального опыта управления подобным производством нет. Остается только удивляться той легкости, с которой решается судьба ГПЗ.

- Возвращаясь в «Сургутгазпром», вы можете сказать, что прожитый на заводе год был полезным для вас?

- Конечно. Вообще, если бы была такая возможность, полезно было бы проводить стажировку замов на руководящих постах действующих предприятий. За год работы на заводе я очень многое приобрел. Сегодня уже не скажу о себе, что в качестве руководителя мне любые задачи по плечу. Хотя еще год назад считал, что все не так уж сложно. Во многом я идеализировал свое руководящее будущее. К примеру, пытался опираться на законы, когда гораздо более действенными оказались личные связи в решении проблем.

Вообще роль личности на предприятии очень высока. И сейчас, когда все это узнал на себе, я очень благодарен руководителям, с которыми в той или иной мере мне пришлось работать. Это Юрий Важенин, Владимир Богданов, Валентин Боган. Только хорошие слова могу сказать и коллективу, с помощью которого получил свои знания руководителя. На ГПЗ работают профессионалы высокого уровня.

Елена СОЛОМИНА.