Обстоятельства преступлений, описываемых в нашей рубрике, привычны: выпил - убил. С героями сегодняшней публикации все было не так просто. Их как будто преследовал злой рок...
Страшный свёрток
Владимир и Петр допили пиво и зашли в подъезд. За немытыми стеклами окна уже брезжил рассвет. Собутыльники стали прощаться, как вдруг заметили под лестницей свернутый ковролин. «Так характерно свернут! Ну, знаешь, как типа в триллерах - трупы прячут», - заметил Владимир. Парни развернули сверток и ужаснулись, увидев изувеченное тело мужчины. На груди у него ножом было выцарапано - «Коля».
...«Алло, мам, папу позови!» - телефонную трубку Влад Тряхлев держал с трудом - сказывалось похмелье, ведь вчера отмечали второй день свадьбы. «А разве отец не у тебя? На работу он не приходил и домой не являлся», - затревожилась Анна Юрьевна. Через день волнение женщины переросло в страх - муж попросту исчез! А вскоре Влада вызвали в морг, и он опознал в предъявленном трупе тело отца, Константина Тряхлева. «Кто?! За что?!» - крутилось в голове молодого человека.
...У Семена Кольченко жизнь, прямо скажем, не удалась. Воспитывался он в многодетной рабочей семье, родители пили. «Ну разве виновата я, раз шестеро детей! За всеми не усмотришь!» - бывало, успокаивала себя мать, принимая очередную стопку сорока-градусной. Вопреки всему, Семен старался учиться, но дальше наблюдать животный образ жизни родителей он уже не мог. Сперва Семен перестал приходить домой, чтобы не видеть пьяных сородичей. А потом и сам запил. Когда Кольченко было 19 лет, его мать умерла, а новоявленная мачеха не пускала Семена в дом отца. Парень нашел в себе силы остановить запой, устроился на работу, женился. Все бы хорошо, если бы не отягощенная пьянством родителей наследственность...
С некоторого времени Семен стал замечать, что рабочие из соседнего магазина следят за ним, подозревал, что жена установила дома подслушивающие устройства. Изнуренный манией преследования, Кольченко предпринимал попытки суицида. Одолеваемый ненавистью к жене, он зверски избивал несчастную женщину. Врачи поставили Кольченко диагноз - параноидальная шизофрения. Под наблюдением психиатров Семен несколько успокоился. Но временами он снова принимался за старое - изводил супругу. В итоге жена подала на развод. Даже покинув Семена, она не переставала беспокоиться о нем, периодически созванивалась с ним. А Семену становилось все хуже - болезнь обострилась вновь. Кольченко казалось, что кто-то в его отсутствие смотрит в его квартире телевизор, пьет чай. «Я - под контролем мафии», - был уверен Семен.
В нашей истории есть вынужденный провал - следствию не удалось выяснить, как Кольченко заманил в квартиру незнакомца - Константина Тряхлева. Пусть читатель домыслит сам. Но исход той встречи известен. Кольченко избил Тряхлева обрезком металлической трубы, задушил, вырезал на груди убитого надпись «Коля», завернул труп в ковер и выволок в подъезд. Милиция не сразу определилась с подозреваемым - полагали, что убийство, как то часто бывает, совершено в пьяной драке. Поэтому сначала участковые опросили весь подъезд - не пил ли кто в тот злополучный день (кстати, оказалось, что пили человек десять). В результате следствие все же вышло на Кольченко. Дверь стражам правопорядка больной человек открывать не стал, выбежал на балкон, чтобы выброситься с восьмого этажа. Хорошо, что вовремя подоспели пожарные и раскрыли под окнами «куб жизни» - пневматическое спасательное устройство. Кольченко прыгнул, но жизнь его оказалась вне опасности. Врачи признали, что на момент совершения убийства Семен Кольченко был невменяем, поэтому от уголовной ответственности его освободили, назначив принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа.
Драчливый таксист
Три часа ночи. Участок автодороги Сургут - Лянтор. Мирно покуривают сотрудники милиции - обыкновенное дежурство. Вдруг из леса выходит полуголый человек, перепачканный, по-видимому, в крови. «Мужчина! Остановитесь!» - воззвали к незнакомцу бдительные стражи правопорядка. Испуганно оглянувшись, мужчина побежал обратно в лес...
Михаил Робков вечер провел весело - праздновал день рождения товарища. Когда гости стали расходиться, Робков вдруг почувствовал себя одиноким. Завтра - похмельное утро, а ведь нужно идти на собеседование - устраиваться на работу. По сути пора бы домой, выспаться как следует. Но Робков решил продолжить марафон веселья и собрался навестить бывшего коллегу, что жил в районе ПИКСа. Остановил таксиста-частника и поехал...
«Да, если бы я не сопротивлялся, он бы зарезал меня, как молодого барашка! - возмущался в милиции Рагим Дигаров. - От Медвежьего угла я согласился его подвезти бесплатно, мне по пути было. И вот за вокзалом этот ненормальный кинулся на меня с ножом, я и сообразить ничего не успел. Пырнул он меня два раза. Я выскочил из машины на ходу, скатился в кювет. А этот еще проехал метров триста, остановил машину и - бежать. Я сел в машину, поехал в травматологию. Да, так оно и было».
Незнакомцем с ножом, как стало ясно, был Михаил Робков. В содеянном он признался, но его изложение событий выглядело несколько иным. Договариваясь о цене поездки, Робков сразу же сказал Дигарову, что денег у него мало, и тот протестовать не стал. Однако, проехав вокзал, Дигаров затормозил машину и потребовал деньги вперед. Робков отдал что было - 30 рублей. «Нет, ты же видишь, сколько мы проехали! На 30 рублей, по-твоему?! Видишь?» - возмущался извозчик. «Вижу. Только довольно странно с вашей стороны, сэр, утверждать, будто я не уведомил вас о своем плачевном финансовом состоянии», - пытаясь пошутить, пробормотал Робков. И тогда Дигаров набросился на него с кулаками и начал жестоко избивать. В целях самозащиты Робков воспользовался ножом-«бабочкой», один раз пырнув несговорчивого таксиста. И, выйдя из машины, в ужасе от содеянного бросился бежать в сторону леса. Следствие подтвердило, что правда была в словах Робкова. Поэтому приговор был назначен такой - четыре года условно с испытательным сроком три года.
Полина Белка.
По материалам Cургутского городского суда. Фамилии изменены.