Надумали Д.В.Саенко и его супруга дачу продать. Может быть, и не взялись бы за эту затею, да уезжать собрались из Сургута. Нашли покупателя, сторговались - цену запросили небольшую: больше слез пролито, как выразился Дмитрий Васильевич, чем денег выручат за земельный надел с недвижимостью.

Ну, слез не слез, а порядком их помучали: целый месяц занимаются оформлением документов, и конца этим хождениям по чиновничьим кабинетам не видно.

В БТИ направились, а там говорят: мол, заплатите 65 рублей и приходите в среду. Нужно будет техника свозить на дачу, чтобы он посмотрел, что там да как, - транспортом, будьте добры, обеспечьте. Дмитрий Васильевич - пенсионер, машину имеет, сам управляет ею. Подал к крылечку «лимузин», свозил на дачу специалиста. Выяснилось, что нужно за-платить еще 220 рублей - за выезд на место. Ладно бы БТИ машину предоставило, заправило ее бензином, водителя выделило, а тут все расходы дачник понес. Ну, раз положено платить - рассчитался и за эту услугу Саенко. Через двенадцать дней пообещали выдать документ.

А тут выясняется, что справка, полученная в комитете по земельным ресурсам и земельной реформе, действительна в течение декады - надо новую оформлять: пока из БТИ результата дождешься, эта устареет. Вторично внес в кассу 22 рубля - получил бумагу.

Вроде все «до кучи» собрал - к нотариусу отправился. А надо сказать, что дачный участок на жену записан, которая еще трудится. В течение месяца пришлось ей и покупателю несколько раз отпрашиваться с работы для посещения тех или иных кабинетов. Машина выручала - иначе бы по полдня теряли женщины: какому начальнику это понравится?

Нотариус повертел пакет документов и говорит, что огорчить должен посетителей: надо еще раз наведаться в комитет по земельным ресурсам и подтвердить, на каком основании приватизирована дача. Вроде бы приватизационный паспорт есть, печать, подпись в нем имеются, но чего-то в нем еще не хватает.

Делать нечего - опять на всех парах мчатся в комитет: после обеда там справки не дают, успели до него попасть к специалисту.

Нотариус потребовал еще и справку из дачного кооператива о том, что нет задолженности за участок.

- Ее затребовали в БТИ, я и отдал ее, - возразил Дмитрий Васильевич.

- Мне такая же нужна, но не копия, а оригинал.

Нотариус созвонился с БТИ и там услышал, что им тоже требуется подлинник. Саенко пытается разыскать бухгалтера кооператива, не выходя из кабинета нотариуса: выясняется, что у того заболела мать и он на неделю покинул Сургут. Если дожидаться его возвращения, то снова истечет срок действия собранных бумаг.

Дмитрий Васильевич отправляется в дачный кооператив. Председатель его М.М.Конев выдает справку, скрепляя ее печатью и своей подписью. Опять берет супругу, покупателя в охапку - и к нотариусу. А он разводит руками: дескать, справку должен подписать бухгалтер, а он, как я понял из телефонного разговора, сейчас отсутствует. Развернулись посетители и поехали в другую нотариальную контору: там ни к чему вроде бы не придрались.

Думаете, на этом хождения продавца и покупателя закончились? Как бы не так. В регистрационной палате пришлось побывать. Там заявляют: покупатель тоже нужен. Договорились о дне посещения, приехали. Новая закавыка возникла: требуется копия паспорта. Где ее сделать? В регистрационной палате такую услугу даже за деньги не оказывают. Нашли фирму, сделали копию, рассчитались.

Поехали в кассу, чтобы внести 25 руб. 05 коп. на счет регистрационной палаты. Подают в окошечко бумажку, выданную юристом, протягивают деньги и слышат в ответ: 180 рублей нужно заплатить, а не четвертную. Отдали эту сумму, хотя и не поняли, почему на дверях в этой самой палате указана другая сумма.

- Ну, уже теперь, кажется, все, - радовался Д.В.Саенко, поджидая в коридоре жену, которая скрылась в одном из кабинетов палаты.

Минут через двадцать она сообщает новость: 22 сентября попросили позвонить и уточнить, когда все будет готово.

- Как так? - ужаснулся Дмитрий Васильевич. - У нас же на 15 сентября машина заказана, чтобы перевезти скарб на новое место жительства. На дверях написано, что документы выдаются на следующий день.

Расстроился сургутянин: какими же бюрократическими препонами окутали рядовую процедуру купли-продажи! Сколько учреждений этим занимается, сотрудников - все при деле, у всех компьютеры, офисная мебель, кабинеты, все получают зарплату. Мечется между ними человек, стучится в одну дверь, другую - и встречает полное безразличие.

- Такие апартаменты всюду - я ничего подобного не видел, - делится Саенко. - Покачиваются молодые люди в креслах, жуют жевательную резинку, смотрят сквозь тебя - и ощущаешь собственное бессилие, полное бесправие перед чиновничьей ратью, плодящейся день ото дня.

С осадком в душе уезжает из Сургута Дмитрий Васильевич, построивший в Сургуте обе электростанции. Может быть, на новом месте жительства он столкнется с другими чиновниками - более внимательными, человечными? Впрочем, чего требовать от государственных служащих? В словаре русского языка С.И.Ожегова толкование понятия «чиновник» выглядит так: «тот, что ведет свою работу с холодным равнодушием, без интереса, бюрократически». Дмитрий Васильевич столкнулся, видимо, с этим типом служащих. И все-таки пусть у ветерана Севера сохранятся о Сургуте не последние обидные впечатления, а добрые - наверняка светлого в здешней жизни было больше.

Зоя СЕНЬКИНА.