Почти в самый канун Нового года мы смогли уговорить найти свободную минутку экс-директора ЗСК, депутата городской Думы Сургута Хамита Ясавеева. Деликатностью наша просьба не отличалась, так как приехал он сюда на пару-тройку дней, был абсолютно перегружен разного рода встречами, и тем не менее, несмотря на подобную занятость, беседа состоялась.

А следовательно, у вас, уважаемый читатель «СТ», появилась возможность, так сказать, из первых рук, то бишь непосредственно от самого Хамита Нурмухаметовича, получить разъяснения по поводу многочисленных слухов вокруг его персоны. Начнем с начала, то есть с места пребывания г-на Ясавеева.

- В настоящее время я живу в Казани, работаю в «Нижнекамск-оргсинтезе», занимаюсь нефтехимией. Кроме того, заканчиваю работу над докторской диссертацией.

- То есть есть вероятность, что вы уйдете в науку?

- Да нет, докторскую, как и кандидатскую, я пишу по своему роду деятельности, ничего не выдумывая. Из профессии, думаю, не уйду. Параллельно с этим практически закончили книгу (с соавторами) все на ту же тему - о практическом опыте переработки газа. В январе книга должна выйти в свет. Так что загрузка у меня есть, нельзя сказать, что сижу без дела.

- Предприятие, на котором вы сейчас работаете, это газ-промовская структура?

- Это не газпромовская структура, но мы представляем интересы «Газпрома».

- То есть вы из этой системы не вышли. Или все-таки прощание с «Газпромом» состоялось?

- Официально я вышел из «Газпрома».

- Можно узнать причину? Долгая работа на ЗСК, повышение в головное предприятие - по всем параметрам вы добились многого, карьера довольно успешная. И вдруг оставляете все и уезжаете в Казань. С чем связаны столь резкие перемены?

- Ничего страшного нет. Просто столько лет проработав в системе «Газпрома», мне никогда не было стыдно за свою работу. Однако в какой-то момент настает минута, когда нужно определиться. Я не буду подробно распространяться - наверняка все слышали о проблемах Сургута с «Сибуром», с ТНК, так вот на определенном этапе я должен был занять какую-то позицию. И я занял. Случилось так, что моя точка зрения не совпала с позицией администрации. Но зато мне сейчас не стыдно прилететь в Сургут и посмотреть заводчанам в глаза. Если бы я продолжал там работать - было бы стыдно. Я не смог бы ответить на многие вопросы своих заводчан.

- Как вам кажется, чем закончится ситуация противостояния ЗСК - «Сибур»?

- Я всех своих знакомых успокаиваю: закончится все нормально. Это все временные трудности. Все будет хорошо.

- То есть вы отстоите ЗСК? Ну если не вы, то теперь уже ваши преемники?

- Думаю, «Сибур» станет немножко другим. Он не будет претендовать на завод.

- Верится с трудом, а потому еще один вопрос на эту тему. Осенью 99-го из «Газпрома» сюда пришла весть об объединении двух заводов - ЗСК и ГПЗ. Сделать этого не удалось. Но на этом поползновения «Сибура» (владельца ГПЗ) не прекратились. Как вы ко всему этому относитесь? Вы же все равно были причастны к этим процессам, когда работали в «Газпроме».

- Нет, не был причастен. Потому и ушел - чтобы не быть причастным. А насчет объединения - я с 1992 года говорил, чтобы эти два завода соединить. Не с экономической точки зрения, а с точки зрения исключительно технологии. Но сегодня целесообразности объединения, в том числе экономической, нет - уж в слишком разных условиях они существуют: это как Беларусь с Россией соединять - чрезвычайно неравные стороны. Может, со временем этот вопрос еще возникнет, но не сейчас.

- Сибирско-Уральская нефтегазохимическая компания достаточно резво отвоевывает северные территории. Так, поставками газа, скажем, в Ноябрьск сейчас занимается уже не «Газпром», а «Сибур», аналогичные подмены поставщиков газа есть и в нашем округе. Причем вызвано это было не волей территорий, которых чем-либо не удовлетворяли ранешние отношения, а решениями руководства «Газпрома». Официально подобные факты не комментируются, неофициально же всем известно, что «Газпром» и «Сибур» - практически одни и те же лица. Возникает предположение, что при совершении таких сделок преследуются частные интересы конкретных лиц. Вы можете прокомментировать ситуацию?

- Я не буду комментировать этого.

- Ваше принципиальное решение не сказалось на деловых связях с «Газпромом»?

- Нет. В принципе все мои коллеги поняли принятое мною решение. Многие, правда, уговаривали не торопиться, но я же не могу, приезжая сюда, говорить людям одно, а думать другое. Так что ни с кем личные отношения у меня не испортились ни в «Газпроме», ни на местах.

- Хамит Нурмухаметович, в Казани вы поддерживаете деловые отношения с нашими заводами - ЗСК или ГПЗ?

- Наша задача - всех производителей сжиженного газа заинтересовать в переработке такового в Казани. Заинтересовать можно только одним - самой эффективной переработкой, получением максимально возможной прибыли. Однако пока мы не сотрудничаем с сургутскими заводами.

- Говорят, все важное видится на расстоянии. Как вам Сургут глазами сначала москвича, а теперь вот жителя Казани?

- Скажу только об одном моменте: по сравнению с Казанью в Сургуте всегда дороги очищены, освещение есть. Во многих городах с этим проблемы, особенно в зимние вечера да на неосвещенных улицах - вообще тоска. А приезжаешь в Сургут - на улицах бывать приятно.

- Когда же хоть примерно ожидать вашего возвращения сюда на постоянное место жительства и в качестве кого?

- Как только цепочку нефтехимическую наладим, так вернусь в Сургут. Не знаю, когда это случится, но, наверное, займет не слишком много времени. Вернусь я, конечно, в «Сургутгаз-пром». Кем - пока еще не решено, да и какая разница, главное, чтобы приехать. Где будет необходимость, там и буду работать.

- Ваш приезд в этот раз связан только с участием в работе городской Думы или есть еще какие-то интересы?

- И Дума, и хотелось Александра Рязанова лично поздравить с победой на выборах, да и по работе встречи были.

- В прошлый ваш приезд вы организовали встречу Рязанова с бывшими своими работниками? Как вас там встретили? Не Рязанова, а именно вас?

- Встретили нормально. Один раз только мне стало чуть-чуть неудобно: Рязанов прошел в зал, а я немного задержался и когда там появился - раздались аплодисменты.

Но то, что коллектив принял Александра Николаевича нормально, - это очень хорошо. «Газпром» по ряду обстоятельств не мог официально поддерживать кандидатуру Рязанова. Мне проще в этом плане. Заводчане приняли его хорошо, тепло. И как бы то ни было, у скольких я ни спрашивал, могу сказать однозначно - завод принял участие в победе Александра Николаевича.

- Немного о вашей деятельности в качестве городского депутата. На последнем заседании городской Думы принимался бюджет на следующий год. Ваша оценка этого документа?

- Да, в этот раз мы окончательно приняли бюджет города. Невольно поражаешься, насколько он богат. Колоссальнейший бюджет, при этом очень сбалансированный. Конечно, каждый мыслит по-своему, я бы немножко его изменил, но, во всяком случае, впервые по бюджету начали работать с лета. Могу сказать, что он хороший, и 2000 год сургутяне проживут неплохо.

- Хамит Нурмухаметович, в нашу рубрику «Горячая линия» беспрестанно звонят жители временных поселков, улицы Нагорной с одним вопросом: когда снесут? И действительно, условия жизни там адские. А между тем строим мы все меньше и меньше, и это несмотря на то, что бюджет большой. Может, как-то мы все же недосматриваем, куда правильнее направить деньги?

- А надо ли строить больше? Я не совсем согласен, что стоит сейчас расширять Сургут. Если смотреть на перспективу - все-таки нефтяные ресурсы невечны, поэтому, по большому счету, думаю, много строить не нужно. Что касается времянок и деревяшек, то, как сказал Новицкий на последней Думе, позор, что мы входим в 2000 год с ними. Но вопрос в этой проблеме даже не в деньгах. Упущены некие организационные моменты.

- Такое ощущение, что к этому вопросу власти просто боятся и подступаться-то.

- Не то что боятся. Необходима специальная программа переселения. Но при этом следует учитывать, что если мы завтра объявим о запуске этой программы, то население в этих деревяшках тут же возрастет в несколько раз. Народ же у нас ориентируется моментально. При всем этом, конечно, проблему решать надо. И мы будем это делать.

- Поднимемся к делам государственным. Каковы ваши впечатления от выборов в Государственную Думу?

- Самые худшие. Стало ясно, что в стране готовы голосовать за партию, раскрученную буквально за месяц, что население страны с удовольствием принимает зомбирование, что проходит по телевидению и по всем другим средствам массовой информации. В итоге партия войны получает 25 процентов голосов. Это свидетельство того, что мы готовы с вами голосовать за войну.

К сожалению, не только мы. Клинтон ведь тоже по этому варианту играл. Это очень плохо. Это очень страшно.

Второе, что понял после этих выборов, - роль прессы. Это вы поработали. Равно как в тот период, когда Ельцина на второй срок избирали: его не выбирал народ - его выбрала пресса. Более продажной профессии на сегодня (вы только посмотрите, как первый и второй каналы ТВ отработали свои деньги за Путина) найти трудно. К сожалению, приходится признать: пресса, телевидение сегодня с нами могут делать по сути все, что угодно.

Тот же Лужков набрал высокие баллы по Москве, по-моему, тоже только из-за того, что в столице есть свой телеканал. Только из-за этого.

И третье, что хотел бы сказать. При таком давлении на коммунистов, когда им не давали ни времени на телевидении, ни площади в прессе, они набрали 25 процентов голосов. Это обстоятельство характеризует страну.

В итоге опять Думу мы получим почти что 50х50 из демократов и их оппонентов, то есть вновь ничего хорошего не будет. И потому эйфория у правительства: мы победили, ура-ура! - не совсем понятна.

Но, конечно, самое удручающее то, что сегодня кого в Кремле решат двинуть в качестве кандидатуры будущего президента - мы того и изберем. Это выборные технологии. Мы готовы проголосовать за любого человека, если нам его два месяца будут показывать.

- Как вы себя ощущаете, будучи обманутым и ясно зная, что вас обманывают?

- Может, это особенность нашей страны, мы вчера смеялись на эту тему: вот мы смотрим на экран, точно знаем, что нас дурят, и... все равно верим.

Но изменения есть. К примеру, еще лет 15 назад то, что было напечатано в газете, никак не могло подвергнуться сомнению. А сейчас от этого уже многие отвыкают: совершенно необязательно правдой является то, что напечатано, впрочем, как и показано по телевидению. Так что постепенно меняемся. Тяжело это, но что делать...

- Из оценки нынешней партии власти можно предположить, что Путин вам не по сердцу?

- Понимаете, на войне нельзя строить победу на политическом поле. Ведь нам опять же ничего о ней не показывают. Говорят: один солдат погиб там-то, тогда-то погиб тоже один солдат. Какой один? Какие двое раненых? Там же опять начинаются настоящие бои. Конечно, это труднейшие решения, и нельзя сказать, что Путин неправильно делает, что их принимает, но все равно использовать войну в своих политических целях - аморально. А раз человек здесь поступает аморально, значит, нет гарантии, что дальше он будет честным.

- Но эта война в отличие от первой чеченской войны была спровоцирована не федеральными силами, а чеченскими боевиками.

- И как удачно интересы боевиков и Москвы совпали по времени! Не зря же в прессе говорили о том, что почему-то на юге Франции за некоторое время до начала боевых действий встречаются глава администрации Президента РФ и Шамиль Басаев. Да и в течение самой войны со стороны боевиков было сделано очень много шагов непонятных, невыгодных им самим. Что послужило поводом к войне - я не знаю, но что это было не просто так... Уж очень удачно все совпало по времени.

- Возвращаясь к выборной теме - вы лично за кого голосовали?

- Третьи выборы подряд - за Явлинского. Он всегда честно говорит. Не может позволить себе даже немножко промолчать. Конечно, высказавшись по вопросу Чечни, он много голосов потерял. Но, с другой стороны, это была, по-моему, самая честная позиция. Некоторые ведь так и отмолчались, не высказываясь на эту спорную тему. Безусловно, он выделяется из всех политиков своим...

- ...чистоплюйством.

- Если хотите, да.

- Ну и напоследок легкомысленный вопрос. Как-то вы говорили на одной из прежних встреч, что являетесь оптимистом. Не утеряли этого качества за последнее время?

- Да нет, оптимистом был, им и остаюсь. Мы в России настолько богаты - аж жуть, и поэтому, наверное, страшные разгильдяи. Но верю, когда почувствуем, что нам уже совсем плохо, - и экономику поднимем, и все будет нормально.

Думаю, что предстоящий год, по крайней мере, будет не хуже 99-го. Конечно, 2000 год какой-то тревожный. Год Дракона да плюс еще високосный, президентские выборы - мешанина, одним словом. Но будем надеяться: несмотря ни на что, нам с вами повезет. С Новым годом!

Фото Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.

Елена СОЛОМИНА