Сегодня у Жени - день рождения, но почти никто об этом не вспомнит. Только Наташа со своей семьей, приютившая девушку, поздравит ее, пожелает, чтобы у именинницы в судьбе появилась какая-то определенность, чтобы быстрее закончилось ее полулегальное существование, ушли в безвозвратное прошлое все злоключения.

В Наташиной комнатушке не развернуться и самой семье, а четвертый человек здесь и вовсе лишний. Но не выгонишь ведь человека на улицу, тем более сироту, которой податься совершенно некуда. Город, в котором Женя провела ровно половину своей короткой жизни, стал враждебным, чуждым, отверг ее, выбросил на улицу.

...Мама привезла на Север дочку, когда та училась в шестом классе. Неполное среднее образование Женя получила в одной из белоярских школ. Потом они перебрались в балок № 81к по ул.Речной. Жилье так себе, но рассчитывать на лучшее не приходилось.

Впоследствии девушка закончила бухгалтерские курсы, работала, пока не сократили. А еще в ее жизни было замужество - продолжительное для 23-летнего возраста. Сначала у Жени был гражданский брак, потом расписались с мужем.

Семейного счастья не получилось: муж употреблял наркотики, приучил и Женю к этому зелью. Потом супруг «загремел» в зону, она ждала, надеялась, что их жизнь изменится. Муж от своей привычки не отказался, и Женя решилась порвать с ним. Она ушла в никуда, потому что мамы к тому времени не было в живых, а их балок второго пожара не выдержал - от него сейчас не осталось и следа.

Женя стала искать Наташу, которая была маминой знакомой и, к своей радости, нашла. Уже месяц девушка квартирует у нее. Живет Наташина семья небогато, но делит с сиротой и кров, и стол, кое-что из одежды выделили для своей подопечной.

Дав Жене прийти в себя, стали думать-гадать, как быть девушке дальше. Работу надо бы подыскать, да сургутской прописки нет. Когда она уходила из балка в квартиру свекрови, то не выписалась и, соответственно, не прописалась по новому адресу. Потом приняла фамилию мужа, и на листке в новом паспорте, где ставится штамп о прописке, у Жени не сделали никакой отметки. Тогда казалось, что это неважно, - знать бы, чем обернется такая непредусмотрительность.

Попыталась восстановить прежнюю прописку, в ГОМ-3 обратилась, а там говорят, что балка, в котором она жила, не существует, а значит, невозможно по тому адресу прописать. Еще в несколько мест обратилась - везде руками разводят. В частности, в отделе по эксплуатации временного жилья.

- К мужу пропишись, - посоветовали. - Ты же не развелась с ним.

Но супруг своего жилья не имеет, а на жилплощадь свекрови она претендовать не собирается: некрасиво, считает, даже заикаться о прописке - та может неправильно истолковать ее просьбу. Да и отношения с этой семьей прерваны - Женя хочет начать новую жизнь.

Никому не пожелаю оказаться в ситуации, в которую попала молодая землячка. Попыталась помочь ей, сделав с десяток звонков в различные инстанции. Всюду вроде бы понимание высказывают, но ни одна служба не берется за хлопоты, связанные с устройством судьбы девушки, все переталкивают решение вопроса другому.

Все большее отчаяние охватывало с каждым новым телефонным обращением. Самое страшное - это полнейшее равнодушие тех, с кем велись переговоры. Кое-кто подсказал в «Альтернативу» девушку определить, где бомжами занимаются, установлением их истинных имен, прежней жизни и т.д.

Может, и следовало прислушаться к этому совету, но контингент людей, с кем работает эта служба, видеть доводилось - Женя не из их числа, хотя своим безучастием мы можем толкнуть ее в эти ряды.

В управлении занятости населения, куда тоже звонили с просьбой подыскать работу для девушки с предоставлением койко-места в общежитии, сказали, что давно к ним таких предложений от работодателей не поступало.

- Я любую работу согласна выполнять, - говорит Женя, которой уже неудобно злоупотреблять гостеприимством отзывчивых, но чужих людей.

- Потерпите еще немного, - прошу Наташу. - Устроится как-нибудь судьба Жени.

А она и без этой просьбы готова поддерживать девушку столько, сколько понадобится.

Я прошу Наташу об одолжении, а в глубине души опасаюсь, что глухую стену пробить не удастся. И если честно, то не знаю, куда еще звонить и в чьи двери стучаться, чтобы решить проблему Жени, которая, оставшись одна на белом свете, может из-за нашей черствости потерять лицо, оказаться на задворках жизни из-за отсутствия в документе штампа. Не с неба ведь она свалилась и не из другой страны приехала в Сургут - здешняя она, среди нас жила и жить здесь собирается. Для чего же ее маленькую проблему возвели в ранг неразрешимых? Почему рядовому человеку, попавшему в беду, мы чиним дополнительные препятствия? И зачем тогда эти многочисленные службы в городе, если конкретному человеку от этого ни тепло ни холодно?

...В последнюю встречу с Женей увидела на ее шее крестик. Батюшка Петр, узнав, что девушка некрещеная, предложил ей совершить этот обряд. Женя рассказывала, как происходило таинство, и ее красивые огромные глаза излучали свет. Она встретит еще немало добрых людей в своей жизни. Но они уже сегодня ей нужны, потому что из-за какой-то формальности девушка лишена абсолютно всех прав.

Она не может трудиться, зарабатывать деньги на пропитание, одежду, прочие расходы. Она живет среди нас и ее как бы нет. Когда же мы научимся помогать людям, которых бьет жизнь только за то, что они оказались слабее других и что заступиться за них абсолютно некому? Мне страшно подумать, что произошло бы с девушкой, если бы она не нашла Наташу...

Зоя СЕНЬКИНА.