За все надо платить - данная аксиома в последнее время все настойчивее внедряется в жизнь, и люди к этому постепенно стали привыкать. Но платить надо по закону, а вот с ним-то, законом, как поведала в своем письме в редакцию Светлана Константиновна Пшеничная, считаться хотят не все. Поэтому она и обратилась с просьбой о защите.

Семья у этой женщины большая - семь человек: четверо детей, она с мужем и престарелая мать. Прокормить такую семью непросто. Вот и решила Светлана Константиновна организовать свое дело, для чего, с ее слов, заложила в 1995 году в Аккобанке свои однокомнатную и двухкомнатную квартиры ленинградского проекта и взяла там ссуду - 50 миллионов рублей. Со временем за нее рассчиталась, и потом до 1997 года еще неоднократно обращалась к услугам Аккобанка. Но вот последнюю ссуду уже в размере 250 миллионов неденоминированных рублей вовремя выплатить не смогла. С этого и начались для нее неприятности, о которых она пишет в своем письме.

Обратившись к руководству банка с просьбой о предоставлении отсрочки, Светлана Константиновна, по ее словам, получила отказ. Решила тогда продать одну из квартир, чтобы рассчитаться с долгами, а всей семьей перебраться в другую. Но и этого не удалось сделать. Всем желающим купить квартиру агентствам Аккобанк заявлял, что она принадлежит ему. Осложнило положение с продажей, как считает Пшеничная, и то, что ордер на обе квартиры выписан только один.

Руководство Аккобанка тем временем ждать не собиралось и направило на квартиру Пшеничной своего представителя С.Серамаху и двоих охранников.

Вот как описывает эти события Светлана Константиновна: «Они стали издеваться над нами и без решения суда приказывали отдать ключи, чтобы через три дня нас, мол, здесь не было. Охранники ходили по квартире и запугивали, что подгонят машину и выкинут нас. Последний раз подперли дверь комнаты и закрыли там мою мать, десятилетнего ребенка и мужа, отключили свет и не пускали их даже в туалет. Мужа ударили, а один из охранников сказал матери, что тебя, бабка, вместе с диваном выбросим на улицу, или ты здесь помрешь. Это человеку который проработал на Севере 40 лет!

Насколько жестокие люди заместитель управляющего банком В.Цветкова, юрист банка М.Готфрид и охранники - это словами не высказать! Ведь не столько их финансы интересовали, как сам процесс издевательства. Мы умоляли их дать еще время, и мы рассчитаемся, но они решили передать наш кредит на своего работника О.Климук и отдать ей наши две квартиры, хотя у нее семья всего три человека и уже есть трехкомнатная квартира.

Я попросила в администрации города о помощи. Даже сам мэр А.Сидоров так обратился к председателю правления банка С.И.Гаркуну: «...войдите в положение, дайте еще время рассчитаться. Ведь можно по-людски все решить». Но никто в банке не реагирует ни на наши слезы, ни на просьбы. Банку нужна наша квартира в центре площадью 100 кв. м, а банк - это крепость и управы на него никакой».

Вот такую душещипательную историю поведала редакции наша читательница. Первое впечатление от письма вызывало желание немедленно броситься на защиту бедной семьи от «акул капитализма», для чего наш корреспондент встретился с теми самыми «жестокими» людьми - заместителем председателя правления банка В.Цветковой и юристом М.Готфрид. И картина предстала совсем в другом свете.

Еще 8 июня 1995 года, то есть за три года до описываемых событий, владелец квартиры Виктор Иванович Пшеничный ПРОДАЛ, а не заложил, как пишет его жена, эту квартиру Аккобанку за 70 миллионов рублей, о чем свидетельствует заверенный нотариусом договор. А раз квартира уже принадлежала банку, то фигурировать в качестве залога перед тем же банком она, естественно, не могла. Тут Светлана Константиновна покривила душой в своем письме.

Да, после покупки банк предоставил бывшим владельцам право некоторое время проживать в этой квартире, пока семья не найдет новое жилье, но на правах квартиросъемщика, а не ее владельца. Позже руководство Аккобанка неоднократно обращалось к Пшеничным с просьбой освободить не принадлежащую им жилплощадь, но постоянно получало от них отказ.

Наконец, 17 марта этого года в Сургутский городской суд от председателя правления банка была направлена жалоба на действие должностных лиц, в которой высказывалась просьба обязать паспортный стол ГОМ-1 снять с регистрационного учета гражданина Пшеничного В.И., прописанного в этой квартире. Кстати, другие члены семьи, а их, как вы помните из письма Светланы Константиновны, было семеро, в данной квартире вовсе не были прописаны.

Решением Сургутского городского суда от 31 марта этого года паспортный стол ГОМ-1 был обязан снять Пшеничного с регистрационного учета, что он и сделал. То есть со стороны банка все было осуществлено по закону. А вот со стороны Пшеничных - нет. Опять же сошлемся на документы.

В заявлении, поступившем на имя начальника ГОМ-1, руководство банка вновь обращается с просьбой принять меры по освобождению квартиры и оградить их от нападок Пшеничного и его жены. Поздно вечером 5 мая бывший хозяин квартиры и его супруга умышленно повредили телефонный кабель, ведущий в эту квартиру, а потом противоправным путем ворвались в нее. На следующий вечер они же камнями забросали окна своего бывшего жилья.

Чем руководствовались эти люди, пытаясь такими действиями и жалобой в редакцию газеты на «жестокость» банка оставить за собой проданную ими еще три года назад квартиру, - непонятно. Вероятно, следуя их принципу, любой человек, продавший что-либо и потративший полученные деньги, вправе потом требовать эту вещь обратно. Так кто же нарушает закон в этой ситуации: банк, который пытается забрать купленную им квартиру, или Пшеничные, не желающие отдавать ни деньги, ни квартиру?

В народе издревле говорили, что долг платежом красен. Маловероятно, что С.Пшеничная, директор одного из ЗАО, прощает тех, кто должен ей, так почему же она хочет, чтобы ее «прощали» те, кому должна сама? И стоит ли в таком случае искать защиты у редакции?

Владимир ДОБРЫНИН.