Глядя на сегодняшние безальтернативные муки власть предержащих, так и хочется брякнуть по-пушкински: ай да Ельцин, ай да сукин сын! В самом деле, «президент всех россиян» так все закрутил своим уходом на пенсию, что его россияне никак не возьмут в толк, что из этого получится. Как раз «на тему», что получится, вернее, может получиться с выборами от президента до мэров, - разговор с политологом Андреем КАНАНИНЫМ.

- Как бы вы оценили предвыборную ситуацию в целом?

- Если говорить о президенте, то ситуация, конечно, уникальная. Впервые мы выходим на предвыборную кампанию в условиях, когда глава государства добровольно покинул свой пост. Вообще Россия оказалась специфичным государством в том плане, что обстоятельства ухода «царя» были спланированы на преемника, устраивающего предыдущую власть. Отсюда и специфика предвыборной кампании: в частности, то, что вдвое сокращены сроки ее проведения и у Путина - все преимущества в силу должностного положения перед другими кандидатами на президентский пост. Отказы Примакова и Лужкова от претензий на высший пост в государстве, думаю, обусловлены именно тем, что в сложившейся ситуации полноценные выборы им не провести.

- Да они их раньше проиграли...

- Да, проиграли. Но это ничего не значит. Практика показывает, что рейтинги российских политиков поднимаются-опускаются в немыслимо сжатые сроки. Если проводить аналогию с нашими премьер-министрами, которые сменялись очень быстро, то картина получается довольно интересная. Вспомним: хватало двух-трех месяцев деятельности премьера, причем любого - Кириенко, Степашина, Путина, которые вообще начинали как «несерьезные» государственные деятели и вдруг превращались в серьезных политиков. Так что даже оставшегося до выборов времени вполне достаточно для любых взлетов и падений.

- То есть все сюрпризы еще впереди? Если да, то какие именно?

- Самый вероятный вариант событий - мы свалимся в безальтернативные, по большому счету, выборы. Заставляют об этом задуматься действия известных фракций Госдумы, когда фактически Селезнев был избран безальтернативно. Не исключаю варианта, если возникнет понимание невозможности серьезно бороться с Путиным, когда кандидаты в последний момент могут снять свои кандидатуры и вывести Путина в соревнование с каким-нибудь Подберезкиным, например. Потом выбывшим из президентской гонки очень удобно эксплуатировать тему: мол, Путина не выбирали, выборов не было и т.д.

Другая неожиданность, которая может быть. Как ни парадоксально, есть опасность падения рейтинга Путина. Сегодня, на мой взгляд, в обществе преобладает настороженное отношение к нему, несмотря на высокую электоральную поддержку. Очень специфично, говоря языком социологов, «болото», то есть та часть граждан, которая не определилась в своем выборе. А эта категория населения очень большая, порядка 60 процентов - у нее отношение к Путину настороженное. Это усугубляется еще и тем, что якобы нет альтернативы. В такой ситуации с учетом ментальности нашей - после двух-трех неудачных ходов Путин может оказаться под конем.

- Чечня его породила - Чечня его и убьет?

- Не только. Очень нестабильна макроэкономическая ситуация после жесткой позиции МВФ по отношению к России. Сегодня непонятен механизм сдерживания валютного курса, плюс нельзя забывать о том, что скоро пойдут огромные платежи, связанные с посевной. То есть «черный вторник», допустим, 15 марта, совсем не исключен. И все. Одного этого достаточно, чтобы закопать любого фаворита. Вообще специфика быстрого прихода к власти чаще всего чревата не менее быстрым уходом из нее, примеров тому в мировой практике масса.

- Оппоненты уже «мочат» Путина по максимуму. Путиным пугают. Коронное пугало - Путин учинит диктатуру. Как профессионалы - социологи и политологи смотрят на опасность возврата к тоталитаризму?

- Как раз среди профессионалов такого опасения нет. Во-первых, не так страшен черт, как его малюют. Во-вторых, сам Путин никогда не декларировал тех или иных взглядов, связанных с возвратом в тоталитаризм. Ведь даже те непопулярные декларации, как 100-процентная продажа валютной выручки, - это просто шаг к госрегулированию, но отнюдь не диктат в экономике. Но главное, в стране нет революционной ситуации, если подходить по-ленински, поэтому не нужно нагнетать страсти.

- Но все же масса обнищавших очень велика, и это не может не сказываться совершенно определенным образом.

- Это сказывается, но реально «штурмовать Зимний» никто не пойдет. Вообще (ох уж наша специфика) мы ведь даже не знаем реального недостатка или достатка людей, а потребности граждан сравнительно с Западом очень мизерные, они ограничиваются стабильной, пусть даже невысокой зарплатой. Мы по-прежнему готовы скорее потерпеть, чем идти на баррикады.

В конце концов, какие-никакие основы демократические в стране все-таки заложены: разделение властей, усиление власти губернаторов, реально действующие крупные корпорации-олигархи, у которых интересы отнюдь не связаны с диктатурой. То есть противовес одному диктатору-президенту получается мощнейший. Среди сильных губернаторов, среди экономической элиты нет тоски по революции. Разрушить все это можно лишь тотальным массовым революционным гневом.

- Насколько непредсказуемы выборы на местном уровне?

- Губернаторские выборы более предсказуемые. Тут легче сказать о том, чего бы не хотелось. А не хотелось бы того, чтобы выборная кампания скатилась на уровень политических разборок. Но пока тишина вроде. Власть губернатора не такая далекая, как федеральная, хотя и не такая близкая, как мэрская. Она обязана держаться на трех базисах: предсказуемость, надежность, стабильность. Раз это так, то мы должны понимать, что в этом вопросе лучше обойтись без эмоций. Исходя из сказанного, фигура ныне действующего губернатора более предпочтительная во всех аспектах. Варягов как будто бы нежелательно внедрять на благодатную хантымансийскую почву. А свои кадры, видимо, не взросли, поскольку бы уже объявились.

- Тишь да гладь да божья благодать не пугает? Вот придет Атрошенко и все испортит. А без него встанет ли народ с диванов на выборы, если все уже предрешено?

- С одной стороны, спокойный ход кампании - нормально. С другой, чем действительно настораживает эта тишь? Тем, что в такой тиши очень мало реальных механизмов обратной связи между избирателями и избираемыми. Я, например, не вижу, как простой гражданин в такой ситуации может донести до власти свои чаяния. И потом, не зря же говорится: в спорах рождается истина. И если бы у нас такие споры возникали, они вряд ли бы переросли в грязь, войну компроматов, это был бы спор программ, идей, а избиратели могли бы выбирать.

Короче говоря, используя только административный ресурс в выстраивании выборной кампании без альтернативы, мы лишаемся прогресса. В карьере любого руководителя однажды наступает момент, когда надо подумать о новациях, свежих идеях, перспективах, которые нужно серьезно рассматривать и реализовывать в ближайшем будущем. Если абстрагироваться от личностей и должностей, то даже в жизни каждого человека обязательно наступает момент переоценки ценностей. Иначе стагнации не избежать.

- Выходит, если гора, то бишь оппонент, не идет к Магомету, то бишь к действующему лидеру от власти, то он сам должен искать себе альтернативу?

- Почему бы и нет? Давайте пофантазируем: допустим, нашему мэру предложили возглавить правительство РФ. А что, хорошее назначение, повышение, но... кого он оставит вместо себя, где достойный лидер-преемник? Нет его, не слышали мы о таком, а ведь это кадровая политика. То есть в 700-тысячном городе мы не можем назвать ни одной фамилии, которую в случае чего мы могли бы приставить к мэрской должности, понятно, я не о формальном замещении говорю. По меньшей мере, это недальновидно.

Сергей КАРЛОВ.