На это заседание суда мы даже не пытались напроситься. Слишком щекотливой была его повестка: усыновление. Знаем только, что по окончании процесса две крохотные сургутянки приобрели родителей. Им предстоял длинный путь домой, в Соединенные Штаты Америки - впереди было немало остановок для выполнения всякого рода формальностей. Но сейчас все позади, малышки, будем надеяться, адаптировались в новой для них обстановке, окружены теплом и лаской.

Первая встреча этих девочек и их приемных родителей, прибывших за ними в буквальном смысле из-за тридевяти земель, проходила в больничных стенах детского неврологического отделения. При этом присутствовала и Н.Г.Моминова, главный специалист по вопросам усыновления управления опеки и попечительства, которая почти безотлучно находилась рядом с двумя семейными парами из США в течение всего времени, что они были в Сургуте.

Сцену встречи передать обычными словами непросто: взрослыми было пролито море слез, когда они впервые прижали к себе будущих дочурок, осыпая их поцелуями, игрушками, произнося при этом нежные, трепетные, сбивчивые речи. До сего времени о малышках их названые родители имели достаточно информации, но могут ли бесстрастные сведения, написанные сухим языком, заменить живое общение?

Предвижу вопрос с ноткой раздражения: мол, зачем же россиян отдавать в руки чужестранцев - сами вырастить их не можем? Можем, конечно, определив в детские дома, но каждый ребенок имеет право быть счастливым, жить в окружении близких ему людей. Согласитесь, казенный дом - это все-таки не семья, где есть папа и мама, пусть даже не родные, а приемные.

Этих отказных деток российские семьи не приняли - слишком ослаблено у них здоровье, много в нем всяких отклонений. Дорога для них была одна - Дом малютки, потом детский дом, в общем, жалкая сиротская доля им была уготована, если бы на данные об этих несмышленышах не обратили внимания те, кто впоследствии пожелал их усыновить.

Мы не будем здесь подробно рассказывать, как формируется банк данных о таких детях, какие требования предъявляются к усыновителям вообще, и к иностранным в частности. Скажем только, что процедура эта очень сложная, длительная по времени. Те же американцы с удовольствием принимают в свои семьи российских детей потому, что в нашей стране тайна усыновления предусмотрена законом, чего в США нет. Родила там женщина ребенка, а потом отказалась от него. Какая-то семья взяла на воспитание малыша, а лет через пятнадцать биологическая мамаша воспылает чувствами к ребенку и потребует его назад. Каково в этой ситуации приемным родителям? Так что не все российские законы плохи, как нам порой кажется.

За последние два года иностранными семьями усыновлено 46 сургутских ребятишек. Год назад Н.Г.Моминова и заведующий детским неврологическим отделением Г.И.Чайка посетили США с одной-единственной целью - проконтролировать, как живут наши бывшие сограждане. Было много встреч, посещений семей - вывод сделан такой: нашим детям, отвергнутым их настоящими родителями, в дальнем зарубежье живется хорошо, по всему видно, что о них заботятся, что они любимы.

Фото на память

Наталья Георгиевна в ту свою годичной давности командировку много фотографировала. Несколько альбомов о жизни бывших юных сургутян составили снимки, сделанные ею. А один фотоальбом передали с ней американские мама и папа для той, которая родила ребенка, усыновленного ими.

- Покажите фотографии ее маме. Скажите, чтобы она не волновалась о девочке, - попросила американская мама.

Однако показывать альбом некому - судьбой ребенка с момента рождения никто не интересовался. Впрочем, ту женщину, наверное, можно понять.

...Два года назад в Сургуте появилась на свет девочка со множеством врожденных уродств, как видимых, так и скрытых. На руках и ногах у нее было по шесть пальцев, соединенных перепонками, отсутствовали глаза, установлена полная патология левой стороны - все органы, находящиеся в этой части тела, были зеркально отражены. Вряд ли кто надеялся, что ребенок останется жить. Но в банк данных сведения о ней обязаны были передать.

Спустя некоторое время из главного управления образования округа пришел запрос о девочке, попросили подготовить информацию о ней, включая видеосъемку. Малышку усыновила семья миссионеров из Техаса, в которой воспитывается сейчас четырнадцать приемных детей, родившихся в разных странах.

Мы видели фотографии нашей девчушки и были поражены переменами, происшедшими с ребенком. Сделаны операции по удалению лишних пальчиков, перепонок. К сожалению, она по-прежнему незрячая: обследование показало, что глазное яблоко отсутствует, зрительный нерв атрофирован.

Девочки сделали вставные глазки, и внешне этот дефект почти незаметен. Она любимица в семье, ею восхищаются все, а особенно мама, которая стала глазами ребенка.

Эта супружеская пара миссионеров считает, что она должна после себя оставить добрый след на земле, обязана помогать обездоленным, больным детям. Соединили свои судьбы супруги четыре года назад, каждый из них имел усыновленных детей, а общей стала та самая слепая девочка из Сургута, которой предстоит еще одна операция.

Вряд ли мы смогли бы сделать для этого ребенка все то, что сумела ей дать семья из Техаса, и потому остается только порадоваться за малышку, которая растет в любви, достатке, в нравственно здоровой обстановке.

Три сестры

Самая первая сургутянка, усыновленная в 1996 году, страдала врожденным сифилисом.

- Замечательный ребенок, правда, - показывает ее фотографию Н.Г.Моминова. - А эта девочка уехала от нас годом позже. Вот она вместе со своей мамой, которая занимается воспитанием ее и двух сыновей, которые тоже усыновлены. Это их папа. А здесь Геннадий Иванович Чайка, который буквально облеплен детьми. Он очень добрый человек, все его любят, как отца. А на этом снимке моя любимица. Я всегда, когда бываю в детском неврологическом отделении, заглядываю к этим ребятишкам в палату. Сердце почему-то к ней прикипело. Она такая маленькая была, худенькая, родилась недоношенной. Эта девочка тоже наша. Она очень сильно больна, прогресса почти никакого.

О каждом ребенке Наталья Георгиевна может поведать всю его историю с момента рождения до отъезда и новой жизни. Два раза в год приемные родители обязаны представлять отчет об условиях жизни, содержания и воспитания ребенка. Один раз в два года обязательна инспекторская проверка российских органов опеки. Так что, передавая детей на усыновление в иностранные семьи, контроль за ними не ослабляют.

По словам Натальи Георгиевны, берут детей на усыновление необязательно в младенческом возрасте, хотя он предпочтительнее. Был случай, когда взяли троих сестричек, старшей из которых исполнилось 13 лет. Ей тяжелее было, чем сестренкам: возраст и без того «трудный», а тут еще предстояло преодолеть языковой барьер, понять и принять новую жизнь. Может быть, папой и мамой своих приемных родителей она никогда не назовет, но относиться к ним, несомненно, будет с уважением.

Так получилось, что на родине никто не пожелал удочерить сразу трех сестер: одну-двух - еще куда ни шло, но только не старшую. А разлучать девочек нельзя, так и жили в детдоме, пока не нашлись американские родители, готовые взять всех трех.

В первое время старшая девочка чувствовала себя одинокой, писала в детдом часто, хотела вернуться, но, заметим, не навсегда, а чтобы погостить. Через полгода тон писем изменился, девочка стала приглашать друзей в гости, высказывала им пожелания, чтобы нашлись добрые люди, которые бы усыновили их тоже.

Наталья Георгиевна рассказала еще об одной истории, происшедшей тоже с тремя сестрами, мал-мала меньше. У девчушек была мама, если ее можно так назвать. Женщина погрязла в пьянстве, отличалась жестокостью по отношению к детям. С участковым инспектором Наталья Георгиевна долго не могли попасть в квартиру, а когда вошли в нее, были поражены: две малышки, одной из которых не исполнилось и годика, были абсолютно нагими - в доме не нашлось ни одной детской вещи. Самая маленькая лежала в кроватке, где все тряпье прогнило от сырости. Та, что постарше, бродила по загаженным комнатам, не находя себе занятия. Их матери и старшей, четырехлетней сестренки дома не оказалось.

Кое-как отмыв девчушек, закутав их в видавшие виды одеяла, женщины отвезли малышек в больницу - у обеих развивалась дистрофия. Мать появилась через какое-то время, оставив на попечение Моминовой и старшую, четырехлетнюю дочь.

- Я тоже увезла ее в больницу, - вспоминает Наталья Георгиевна. - Она оказалась очень ответственным ребенком, малышей в обиду не давала. В отделении проходили курс лечения и домашние дети, которым родители приносили фрукты, соки, игрушки. Девочка воровала гостинцы, чтобы отнести их сестричкам. Сейчас они воспитываются в приемной семье, это совсем другие дети.

Фотографии «тройняшек» Н.Г.Моминова тоже показала - довольные улыбки на лицах сестренок не смотрелись заученными, наигранными. У средней еще недавно ножки выглядели колесом, ходила она вперевалку, как утенок, а теперь выровнялись, стали стройными. Наталья Георгиевна говорит, что, когда девочек забирали из квартиры, как раз эта вцепилась в нее, повторяя только одно слово - «мама». Очень хотелось на самом деле стать ее мамой, но разлучать братьев и сестер не положено, а такую ораву в наших условиях не то чтобы лечить, но и прокормить иногда невозможно. Что стало с родной матерью этих девочек? Наверное, по-прежнему пьет и, может быть, еще произвела на свет потомство, которому тоже нужно будет подыскивать родителей.

У них есть будущее

- За всех детей, которые усыновлены, я спокойна, - говорит собеседница. - У них есть будущее.

Иностранные усыновители не делают тайны о происхождении ребенка. Когда они берут российских детей, то стараются собрать как можно больше информации о нашей культуре, истории, традициях. В одной из семей двухлетний ребенок начал забывать русские слова, и мама сознательно стала изучать язык, чтобы малыш помнил о своих корнях. Более того, усыновленные дети до 18 лет имеют двойное гражданство - выбор при достижении совершеннолетия остается за ними.

Н.Г.Моминова отмечает, что иностранные семьи, которые идут на усыновление детей с серьезными отклонениями в здоровье, подстрахованы необходимой медицинской помощью. Какая бы сложная и дорогая операция ни предстояла ребенку - за нее берутся, потому что оплату гарантирует государство. К сожалению, на такую помощь мы рассчитывать не можем. Да и те, кто идет на усыновление, достаточно обеспечены.

- Россияне и американцы - это совершенно разные люди, - говорит Наталья Георгиевна. - Наши девушки, едва закончив школу, нередко выскакивают замуж, а в восемнадцать иные из них становятся мамами. И тут они вспоминают о том, что ни образования, ни профессии у них нет. И им уже не до ребенка - нужно зарабатывать деньги. А американцы не спешат заводить детей. Окончив школу, они стараются получить образование, сделать карьеру, сбить капитал, приобрести дом, и тогда уже у них появляются дети.

В отчетах усыновители пишут нам, что они испытывают удовольствие от того, что стали родителями.

Надо сказать, что приемными родителями желают стать и многие наши сограждане. Так получилось, что некоторым не суждено иметь своих детей, и тогда встает вопрос об усыновлении. В Сургуте, например, 77 семей хотят взять на воспитание ребятишек. Большинство из них не могут, конечно, приютить совсем больных детей - ситуация, как уже говорилось, в нашей стране иная.

- Кое-кто утверждает, что «спрос» на детей изменяется в зависимости от политической, экономической ситуации в России, - делюсь мнением с собеседницей.

- Я слабо в это верю, - отвечает она. - Родителями хотят быть все, независимо от того, в какой стадии кризиса находится страна. Любые женщина и мужчина все равно желают испытать радость материнства и отцовства. И мы должны идти навстречу таким людям. Усыновление -приоритетная форма устройства детей. Какими бы хорошими ни были детские дома, они не заменят родителей - это мое твердое убеждение.

А в заключение по поручению Н.Г.Моминовой мы благодарим всех, кто оказывает бескорыстную помощь в оформлении процедуры усыновления и, в частности, нотариуса Е.А.Соловьеву, директора «Срочной фотографии» Р.Хлюпина и многих других.

Говорят, что родителей, как и страну, не выбирают. В нашем случае все выглядит несколько по-другому. Эти дети действительно не выбирали себе папу и маму - они слишком малы для этого. Выбрали их, чтобы всю нерастраченную любовь обратить на тех, кто в этом больше всего нуждается.

Зоя СЕНЬКИНА.

На снимке: отказные дети.

Фото Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.