Ирина ЛЕНЬКИНА

Заместитель мэра города Сургута Яков Черняк блестяще представил программу развития культуры на ближайшие три года на последнем заседании городской Думы. Между прочим, таким докладом - четким, грамотным, эмоциональным - может похвалиться не каждый чиновник городской администрации. Яков Черняк - может. О самой программе в свое время очень много говорилось. Что получили сургутяне в итоге? На этот и другие вопросы он за чашкой чая, как всегда в «СТ», отвечал журналистам нашей газеты.
- Несмотря на то, что программа рассчитана на три года, я считаю, что первый ее итог мы уже получили. В Сургуте мощная по сравнению с другими территориями Ханты-Мансийского округа материально-техническая база. И мы не сравнивали себя с каким-то другим городом ХМАО при написании программы, поскольку это не та планка, к которой хотелось бы стремиться. Более пяти лет сотрудничали с методологами и экспертами в сфере культуры из Москвы и Санкт-Петербурга. Поначалу они помогали нам осуществлять конкретные проекты в музейном деле, в проектах художественного музея. Взаимный интерес рос. Он и стал основой для дальнейшего сотрудничества и тем катализатором, который помог получить нам первый культурный продукт.
Коллектив, как воронка, втягивал в себя все большее количество людей, которые поступательным образом входили в этот круг интересов, становились соратниками и единомышленниками при написании программы, а значит, выработке новых подходов к развитию культуры в городе. Тот потенциал, который дремал и не был востребован в силу абсолютно понятных причин - текущих, рутинных, перешел в иное качество. Первым продуктом программы развития культуры в городе явилось создание действенного, мощного творческого коллектива. Я говорю о сургутском менеджерском кадровом потенциале. Директора, художественные руководители ощутили себя творцами. Они стали мыслить не только как профессиональные работники культуры, но и как творцы, как деятели культуры. Это чрезвычайно важно. Вот этот вирус творчества, которым «заразились» наши работники, мы рассматриваем как первый итог.
- Яков Семенович, но если все же говорить о планке, насколько она высока?
- Для того чтобы поставить правильный диагноз, надо провести анализ. Этот анализ показывает, что мы живем на рубеже перехода Сургута из города-селитьбы, из города-поселения, города-общежития для добычи ископаемых, из временного пристанища людей, имеющих родину на «большой земле», в настоящую родину, когда город Сургут осознается большинством населения как родина. Это население - наши дети и внуки. Мы приехавшие, мы пришлые, но для тех, кто здесь родился и живет, - это родина. Им некуда ехать. Значит, мы должны удовлетворять их духовные и культурные запросы здесь, в Сургуте. Для меня то место, где я реализовался, где произошли самые главные и основные этапы моей жизни, является родиной. Сургут - моя родина. Я об этом могу спокойно заявить, как и многие, приехавшие сюда более 20 лет назад. Они участвовали в создании этой родины, строили новейшую историю города Сургута.
Анализ, который мы провели, оказался плачевным. Для человека духовного в Сургуте очень многого не хватает. Театральное дело в этих духовных запросах занимает не последнее место. Равно как и библиотечное, музейное дело. развитие всех этих направлений занимает очень серьезное место в жизни развитого человека - гораздо большее, чем привозной шоу-бизнес, чем лично я никогда не занимался. Носители идеи Сургута как культурного центра - это нормальные люди, которые хотят иметь то, что должен иметь любой город.
Для того чтобы программа была утверждена, нужно было еще раз проанализировать нынешний этап. Я постоянно боролся за то, и со мной согласились, что программа должна быть. Она была в голове, в идеях, но для того, чтобы она стала законом, ее должно было легализовать и утвердить. Чтобы не было безумных и бесконечных споров о приоритетных направлениях. Программа для меня - это идеология развития. Я должен знать, что на мое место завтра или через энное количество лет придет человек - чиновник, который должен исполнять закон, который народ Сургута в направлении развития культуры для себя создал. Этот закон говорит, в каких направлениях следует идти. Шаги могут быть быстрыми или не очень, а это зависит от наполнения бюджета. Пока нет программы, это хаос и топтание на месте.
- Но ведь можно было пойти по другому пути - ремонтировать музыкальные школы, раз в году привозить сюда какой-то прославленный коллектив и на этом остановиться. И, наверное, вас как заместителя мэра города, да и всю администрацию, за это строго не судили. Можно всегда сослаться на нехватку средств...
- Я вам так скажу. Обычно зарплату платят за выполнение неких должностных инструкций, должностных обязанностей. Ее могут не платить только за игнорирование этих обязанностей. Понимание того, что есть нормальная работа, зависит еще и от человеческого фактора. Так случилось, что в Сургуте сложилась сильная команда управленцев. Я не уверен, что в Нижневартовск, который является близнецом Сургута, приезжало меньше деятелей культуры, других творческих работников. Но сегодня объективная картина такова, что в Сургуте проводится и производится намного больше культурных ценностей, культурных продуктов, ярких имиджевых мероприятий, чем в Нижневартовске. Не для похвальбы об этом говорю, я это знаю и об этом горюю. Горюю о том, что, к сожалению, это не повсеместно. Не может быть речи о «местечковости», когда говорят о Сургуте. И это признают и в Ханты-Мансийске, и в Тюмени, и в Москве, хотя порой и с некоей завистью...
Обижает страшно, когда попадаешь на какие-то «высокие» совещания, коллегии окружного, федерального значения, и люди начинают разговор: а сколько у вас, а сколько у нас? И потом делают вывод: «Ну, с такими деньгами и мы смогли бы». Да не смогли бы! И у меня есть 100-процентная уверенность на этот счет. Потому что помимо денег еще должны быть голова и талант. А если ты начинаешь с этого, ты уже не талантлив... Деньги - это необходимое, но абсолютно недостаточное условие для счастливого и нормального осуществления любого проекта. Если дураку деньги попадут в руки - это погубленные деньги.
Недавно президент страны Владимир Путин по поводу тиражирования своих изображений сказал о том, что общей культуры не хватает. Первый человек государства на это обратил внимание. И это правильная оценка того, что происходит в стране. Чиновник решил повесить портрет Путина у себя в кабинете - это нормально. Но если развесить эти портреты безумно и безудержно - где попало, это и есть отсутствие культуры, вкуса, понимания, какой-то феодализм, к которому нас все время тянет... Но общую культуру не привьешь в отдельно взятом городе, на отдельно взятой улице, а на другой - нет, это нужно делать повсеместно, вот почему это общефедеральная тема. Мы начали этим заниматься в Сургуте в силу своих обязанностей - мы считаем, что они таковы.
- Какую же программу нужно написать, чтобы после празднования Дня города на сургутских улицах было меньше мусора, а во время праздника - меньше пьяных?
- Это правильная постановка вопроса. Глубокие рыдания, зубовный скрежет вызывает у меня эта картина: стоит памятник, а у подножия и вокруг - мусор... Но ничего не сделаешь за один момент. Такова реальность. Ну а если бы не было памятника и была бы просто свалка? Вы знаете, перемены в психологии временщика уже произошли. Я со многими жителями города разговаривал, и для них, как и для меня, памятник - это символ укоренения, символ того, что мы не на пять лет сюда пришли. Сколько бы ни критиковали - походя или нет - создание и установку памятника, мы делаем то, что сказали. Мы последовательны в своих действиях. Сказали, что будет памятник - и его установили. Я говорю себе: «Яков, как тебе повезло. Ты вместе с другими увидел реально воплотившуюся мечту». Не каждый человек может ощутить такие чувства, но я надеюсь, что с каждым годом таких людей в нашем городе будет больше.
Я надеюсь, что мы увидим в Сургуте здание театра. Не планировалось так, чтобы театр остался без здания, так случилось, что нас подвели. Я не могу только на себя взваливать груз ответственности и удары критики. Когда пошел учиться первый студент на актерское отделение, мы знали, куда люди придут... Но вот так произошло. Теперь мы думаем, как решить эту проблему. По максимуму это строительство нового специализированного здания театра, которое мы увидим через 4-5 лет. Никто не спорит, плохо, что этого здания нет сейчас. Это для истории пять лет - миг, а для коллектива театра - это вечность, это нервы и инфаркты, приходы и уходы... Программа выживания театра - это программа каждодневных компромиссов, совещаний и выработки тактики. Идут переговоры, где быть театру. Цель на этом этапе - сохранить коллектив, развиваясь при этом в предлагаемых обстоятельствах, чтобы получить к окончанию строительства здания настоящий театр. Могу тысячу раз повторять, что миллионы великих театров начинали в худших условиях.
- Когда вы задумывались о театре и мечтали о нем, были ли опасения, что сургутяне не будут покупать билеты?
- Вы знаете, создание театра для меня первый опыт. Так же как и Тамара Никифоровна Лычкатая - первый раз директор театра. При этом я не театральный режиссер, но тем не менее очень опытный менеджер в области культуры. И это адекватная оценка. Но ведь до мелочей всего не просчитаешь. Конечно, нам очень хотелось, чтобы люди покупали билеты, а у театра был свой зритель. Он есть, это случилось. Я думаю, что у Сургутского театра достаточно счастливое будущее, хотя вот настоящее омрачено первыми тяготами.
- Давайте вернемся к программе развития культуры. Сколько средств городского бюджета понадобится на ее реализацию и что мы получим в итоге?
- На срок до 2005 года, то есть на три года, программа оценивается в 230 миллионов рублей. Я хотел бы подчеркнуть, что это не дополнительные деньги, необходимые департаменту культуры, а текущее финансирование, необходимое для осуществления проектов в сфере развития культуры. В 2003 году мы надеемся получить из бюджета 70 млн. рублей. Создание программы и ее финансирование позволяет нам не размазывать три икринки по огромному куску хлеба, а отрезать только такой кусочек, который мы можем съесть. Мы не говорим, что будет 10 проектов, их будет три, но мы доведем их до конца.
Главный проект, который будет реализовываться в 2003 году, - создание экспозиции «Визитная карточка города». Первый этаж краеведческого музея площадью 300 квадратных метров для этой цели уже расчищен, он уже подготовлен к работе. Если второй этаж краеведческого музея - это история древнего 400-летнего города, начиная от археологических экспонатов, продолжая созданием острога Сургута, историей Великой Отечественной войны, то первый этаж - это Сургут сегодня. Всем известно, что наш город имеет два исторических рождения - это момент основания города 408 лет назад и второе рождение, связанное с освоением нефтяного края. В этом смысле новейшая история Сургута очень схожа с историей Нижневартовска, Когалыма, Нефтеюганска. Но ведь в чем-то наш город отличается от них, правда? Как ощутить сегодняшнюю реальность - если хотите, философию нашего города, показать, что это мощный промышленный центр, столица нефти России? Вот над этим мы задумались и постарались воплотить в жизнь. Честь и хвала нашим градообразующим предприятиям, которые открывают свои профессиональные отраслевые музеи. Задача «Визитной карточки города» несколько шире.
Город Чаоян - наш побратим в Китае, 300 километров в глубь Китая от Пекина. Это не Шанхай, не мегаполис, это рабочий коммунистический Китай. Он сегодня такой, и мы с ними дружим... Правительственные или другие делегации, почетных гостей, учеников они в первую очередь приглашают в музей, где на первом этаже рассказывается о городе. В убыстренном темпе, можно сказать - телеграфно, дается общий образ города Чаоян, и человек начинает понимать, в каком он месте находится... Эту задачу поставили и мы перед собой. Немецкой фирмой совместно со специалистами государственного музея Эрмитаж разработан дизайн-проект, который благодаря их усилиям получился проектом XXI века. Стоит он, как я уже сказал, 70 млн. рублей. Все эти деньги нужны для приобретения оборудования - лазеров, экранов, компьютеров, другой специальной техники, чтобы мы могли рассказать о современном городе современными средствами и с учетом новых требований. Это совсем иное дело, чем положить в шкаф берцовую кость. А поскольку это рассказ о городе, 70 процентов экспозиции займет повествование о градообразующих предприятиях. И чтобы осуществить этот процесс, мы обращаемся к этим предприятиям с просьбой - примите участие в создании привлекательного образа Сургута, дайте денег на прямую рекламу вашего предприятия.
Администрация построила здание, вложила деньги в дизайн-проект, а теперь поучаствуйте в этом некоммерческом проекте. Это и есть суть фандрайзинга. Я могу дать его точное определение. Это комплекс мер по привлечению средств из коммерческого сектора на создание общественно важных некоммерческих проектов. Технологии фандрайзинга - это технологии проведения переговоров, совещаний, привлечения новых источников финансирования. Почему сегодня это наиболее актуально? Мы предвидим уменьшение бюджетной составляющей. У нас есть градообразующие предприятия и население, интересы которого обслуживает администрация и представляет Дума. А вот посредников между крупнейшими предприятиями-налогоплательщиками и населением недостаточно. В цивилизованном мире давно работают такие схемы, там роль посредников выполняют благотворительные фонды. А вот у нас их почти нет. Буквально недавно в Сургуте зарегистрирован городской фонд развития российской словесности, цель которого - развитие литературы, помощь начинающим авторам. Но их, я повторю, пока очень мало.
- Яков Семенович, как идут переговоры с градообразующими предприятиями?
- Конечно, они начались не с утверждения этой городской программы, а гораздо раньше. На совещание и презентацию «Визитной карточки города» мы приглашали многих руководителей. Они пришли. Сегодня они интересуются, в какой стадии этот проект, переговоры об их участии продолжаются. Должен сказать, что у руководства наших предприятий растет понимание сущности социального партнерства, сознание того, что друг без друга жить нельзя. А не так, что отдал налоги и хоть трава не расти, ломайте там голову, как уложиться... Каждый день - вместе. И эту позицию мы ощущаем. Могу для примера сказать, что на празднование Дня города в этом году мы затратили 1 млн. 200 тысяч рублей из бюджета, полтора миллиона дал «Сургутнефтегаз», по миллиону - «Сургутгазпром» и «Тюменьэнерго». И мы, конечно, благодарны руководству этих предприятий.
- То есть технологии фандрайзинга уже работают?
- Безусловно. А первые технологические вхождения фандрайзинга в нашу жизнь - это Сургутский художественный музей. Я боюсь кого-то обидеть, но очень многие сургутские предприятия вложили деньги в экспонаты художественного музея, и город, и жители города им за это признательны. Весь цивилизованный мир живет так. У каждой коммерческой структуры есть какие-то средства для того, чтобы засвидетельствовать любовь к своему городу и уважение к его жителям. Это и есть социальное партнерство.
- Яков Семенович, мы начали с заседания городской Думы, давайте им и закончим. Депутаты в первом чтении утвердили новый герб Сургута. Как восприняли его в Геральдическом совете?
- Нам отказали в регистрации. Не понравилось изображение лисы. В Геральдическом совете нам сказали, что не нужно было ей голову назад поворачивать и придавать слишком современный вид. Не нужно ее осовременивать. Рисуйте бегущую лисицу. Пока не принята и нижняя часть герба - изображение нефтяной «снежинки», хотя мы можем это обосновать и будем отстаивать.
- А нельзя было оставить то изображение лисы, которое есть на нынешнем гербе?
- Я постоянно об этой лисе думаю, даже ночью она ко мне приходит! Я настаиваю на том, что на действующем гербе расположена зверушка, которую рисовал какой-то подьячий и которая никакого отношения к черно-бурой лисе не имеет. Я как патриот города Сургута считаю, что нарисовано плохо. Но, если бы нам сказали, что ее необходимо оставить, мы бы ничего и не придумывали. А нам говорят, что на вашем гербе должно быть изображение на золотом фоне черно-бурой лисицы, бегущей по земле. С нас требуют выполнения правил, предписанных Всемирной геральдикой, и мы их выполним.