Мария ЛЕБЕДЕВА

Сургутский скандал с канувшим в Лету руководителем ООО ТК «Сургутский проект» Олегом Бабаковым, с которым исчезли и приличные денежные суммы, оказался в зоне внимания прессы. Печатный резонанс исчезновения Олега Бабакова достаточно обширен: скандалу посвятили публикации и столичный «Коммерсантъ», и «Ведомости». Впрочем, похоже, что непечатный резонанс тоже солиден. Но вернемся к печати. «Ведомости» утверждают, что Бабаков за три месяца проиграл на фондовом рынке около десяти миллионов рублей плюс не установленную пока сумму, которую «занял» у жителей Сургута. Понятно, что теперь его ищут кредиторы и милиция.
Уголовное дело по факту мошенничества в особо крупных размерах в отношении Бабакова возбуждено органами Сургутского УВД 31 июля. Статья 159, часть 3. Масштабы предполагаемого мошенничества пока не называются и даже не оцениваются. По мнению Николая Голюка, начальника следственного отдела УВД Сургута, чтобы разобраться в ситуации, нужно найти Бабакова. Прогнозировать, чем закончится дело, преждевременно: «Найдем мы Бабакова и выяснится, что он ни в чем не виноват. И такое может быть. Ведь часть клиентов свои деньги получила обратно», - пояснил Николай Александрович. Следствие располагает заявлениями 23 граждан, передавших свои средства «в управление» «Сургутскому проекту». Суммы, указанные заявителями, исчисляются и 50 тысячами рублей, и полутора миллионами. Судьба этих денег неясна. А владельцам так хотелось бы ясности...
Также нет ясности в отношении двух сургутских газет, размещавших рекламное предложение «Сургутского проекта» о приеме в управление денег под 35 процентов годовых. То есть никто сегодня не скажет, есть ли вина прессы в появлении на страницах этих предложений, развитие которых приобрело этакую двусмысленность. Вроде мошенничество - деньги-то не отдают. Вроде и нет - мошенником человека только суд может назвать, а человека поди поймай еще.
А начиналось все вполне безобидно. Из рассказа Олега Михасенко, директора компании «Брокеркредитсервис», «Ведомостям»: «В декабре 2001 года человек по имени Олег Владимирович Бабаков пришел в новосибирский офис БКС, представился директором фирмы «Сургутский проект» и открыл брокерский счет, положив на него десять миллионов рублей. Вскоре он стал одним из VIP-клиентов БКС - ежемесячный объем операций на его счету составлял 500 миллионов рублей, или два процента от общего оборота новосибирской компании.
Бабаков торговал на ММВБ «голубыми фишками», в основном акциями РАО «ЕЭС России», «ЛУКОЙЛа» и «Сургутнефтегаза». В первые месяцы рынок уверенно рос, и игра Бабакова была прибыльной. В мае, однако, начался спад. Средства на его (Бабакова) счету начали уменьшаться в результате неудачных операций на падающем рынке с использованием маржинального плеча. Скорее всего, тогда же он начал привлекать средства граждан и пополнять свой счет, чтобы попробовать отыграться».
Привлекая средства граждан, Бабаков использовал газеты «Экспресс ТВ» и «Телесемь» и доброе имя компании «Брокеркредитсервис». Но максимально, на что имел право Бабаков, увязывая «Сургутский проект» с БКС (на этом настаивает новосибирская инвесткомпания), - это привлекать в компанию новых клиентов за определенный процент. Олег Владимирович же предпочел инвестировать собранные деньги через свой счет, считают в Новосибирске и Москве.
«Теперь на этом счету не больше 200 000 рублей, - констатируют «Ведомости». - Хотя Михасенко утверждает, что Бабаков денег не снимал. Он просто проиграл их. С 15 мая акции РАО ЕЭС подешевели на 45 процентов, «ЛУКОЙЛа» - на 20 процентов, «Сургутнефтегаза» - на 24 процента. Одно это падение, конечно, не объясняет, как десять миллионов рублей плюс привлеченные средства превратились в 200 000 рублей. Однако, по словам специалистов, используя даже разрешенное Федеральной комиссией по рынку ценных бумаг маржинальное плечо - 75 процентов от собственных средств, проиграть за три месяца десять миллионов рублей вполне реально. «Для этого нужно просто проводить на рынке помногу неудачных операций в день, - говорит вице-президент Руссо-банка Борис Мошкович. - Я знаю единичные случаи, когда игрокам, использующим плечо на рынке, удавалось бы заработать. Это происходит лишь в том случае, когда у них есть инсайд». У Бабакова его явно не было».
Можно ли было клиентам «Сургутского проекта» обезопаситься от вовлечения в сделку, ныне приобретающую черты мошенничества? Можно, полагают в столице. Но не в полной мере. Член Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг Александр Плешаков советует инвесторам искать информацию о лицензиях на сайте ФКБЦ, а о филиалах брокерских фирм - на их сайтах. Впрочем, едва ли у всех обманутых сургутян был доступ в интернет. «От мошенничеств на фондовом рынке застраховаться невозможно, - говорит Михаил Сухобок, зампред правления инвесткомпании «ВЭО-Открытие». - Есть лишь способы, с помощью которых можно минимизировать риски». Частные клиенты «Сургутского проекта» могли бы не потерять деньги, будь они осмотрительнее. Ни у этой компании, ни у Бабакова не было брокерской лицензии. Не было и каких-либо документов, доказывающих, что Бабаков - официальный представитель БКС. Договор об информационном обслуживании не давал ему права привлекать клиентов от БКС, инвесторы должны были подписывать договоры с самой новосибирской компанией». Таково резюме «Ведомостей».
Мировая практика подтверждает мнение Сухобока. Доверяй, но проверяй - чудесное правило. А напоследок «Ведомости» обращаются к громыхнувшей на весь мир истории взлета и падения Ника Лисона, разорившего уважаемый британский банк. Пример «паренька с рабочей окраины» весьма поучителен.
20 лет назад Ник Лисон начал свою карьеру: в 1982 году ему удалось получить место в небольшом инвестиционном банке. В конце 80-х он стал трейдером в Barings, банке с 200-летней историей, клиентами котрого из поколения в поколение были титулованные особы, включая членов королевской семьи. В 1993 году Лисон заработал более десяти миллионов фунтов, почти десять процентов всей прибыли банка. Потом, правда, выяснилось, что часть этой прибыли была получена за счет несанкционированных сделок с фьючерсами и опционами.
Следующий, 1994-й год, стал для Лисона (и банка) переломным: убытки от игры Лисона достигли 208 миллионов. Но банк об этом и не подозревал: на бумаге Ник убедительно показывал прибыль. Январское землетрясение в Кобе в 1995 году перекроило ситуацию на рынке. К 27 февраля 1995 года совокупный объем убытков составил 830 миллионов фунтов. Лисон бежал, но был арестован в Германии и экстрадирован в Сингапур, где отсидел 3,5 года - половину назначенного ему срока. В тюрьме Лисон написал книгу, по которой был снят фильм. Сейчас он работает независимым лектором: его можно пригласить на любое мероприятие, и он расскажет свою историю. Разоренный Лисоном банк Barings купила за фунт стерлингов голландская финансовая группа ING.
Конечно, руководителю ООО ТК «Сургутский проект» Олегу Бабакову не суждено повторить ни успеха, ни провала Лисона - масштабы не те. Разорение банка и обычное российское «кидалово» - вещи, на первый взгляд, несопоставимые. И вряд ли утрату собственных полутора миллионов рублей сгладит мысль о том, что в компании «кинутых» присутствуют и титулованные особы. Впрочем, нечто общее все же есть: доверие обернулось несимпатичной изнанкой. Но никто в России не станет приглашать, например, строителя финансовой пирамиды на вечеринку, чтобы послушать его откровения «как ловко я все это провернул (провернула)». Менталитет у нас другой.
А сроки тюремные - практически те же. Наказание, предусмотренное российским законодательством за мошенничество в особо крупных размерах, вполне соизмеримо с полученным Лисоном - от пяти до десяти лет.