Окончание.
Начало на 1-й стр.

В стройных схемах, которые рисовались в моем блокноте, в расшифровках непонятных аббревиатур передо мной раскрывались такие неизвестные ранее понятия, как диспетчер старта, диспетчер круга, принятая в этой среде строгая фразеология обмена информацией между экипажем и диспетчерами... Оказывается, это только в американских фильмах диспетчеры этак легко и беззаботно, вперемешку с бранными словами болтают с летящим на высоте десятка с лишним тысяч метров от земли экипажем и обмениваются всякими шутками-прибаутками, а в реальности - это выверенные до последнего слова фразы обмена информацией по УКВ-связи, отступление от которых является нарушением.
Просто голова шла кругом... Сколько же знаний и опыта, оказывается, необходимо диспетчеру, чтобы отлично выполнять свою работу. А ее сложность и ответственность, пожалуй, наиболее точно и коротко определил сам Евгений:
- Летчики управляют самолетом, в котором 160 и более пассажиров, а каждый диспетчер ведет до пяти самолетов.
Это прозвучало не как бахвальство, это была лишь констатация факта. Медяков вообще человек немногословный, особенно если вопросы касаются его самого. Вот о работе он может рассказывать долго и с упоением, а о себе отделывается короткими фразами.
Как выяснилось, стать авиадиспетчером Евгений с детства не мечтал, да и вообще не представлял себе, что это такое. Ведь зачастую, когда журналистская тропа приводит тебя к герою твоего очерка или зарисовки, обязательно человек стал тем-то, «о чем мечтал с детства». Нет, не иронии ради говорю об этом, хотя и поиронизировать можно, потому как бывает, что детство-то вовсе ни при чем.
А у Евгения Медякова получилось так, как получилось. Просто по окончании школы поехал «за компанию» с одноклассниками поступать в Рижское летно-техническое училище. На летчика пройти не удалось, слишком большой был конкурс, но зато в приемной комиссии предложили поступить на специализацию «Самолетовождение. Диспетчер по управлению воздушным движением (УВД)». Так и произошел в жизни юного Медякова выбор профессии. Вот так вот - раз и навсегда.
В училище он вместе с сокурсниками помимо освоения УВД обучался профессии штурмана, летал на самолетах Ан-24, проходил летную практику, совершал до сорока посадок в день. Но после окончания учебы решил-таки осесть на земле. Вернулся в родной Сургут в 1977 году и, пройдя стажировку, стал работать авиадиспетчером. Причем, по словам Евгения Николаевича, основная-то учеба началась как раз на рабочем месте, в реальных условиях:
- Каждый молодой специалист начинает по-настоящему осваивать профессию именно в процессе работы.
В те годы, вспоминает Медяков, работы у диспетчеров было куда больше, чем сейчас: в Сургуте шло интенсивное освоение нефтяных месторождений и в сутки случалось до 500 вылетов самолетов и вертолетов. Только в Тюмень самолеты летали больше десяти раз в сутки.
И при этом ни о какой компьютеризации работы авиадиспетчеров не было и речи. Да для всех нас компьютер был диковинкой.
- Но ведь подобный напряженный график требует необычайного напряжения от авиадиспетчера, даже если и работают по смене в течение трех дней, а потом трое суток отдыхают? Вам как молодому специалисту не трудно было сразу взвалить на себя такой психологически сложный и ответственный объем работы?
- Нет, было интересно, - искренне отмел мое сочувствие Медяков. - Мне вообще по душе, когда есть какое-то напряжение в работе. Вообще чем сложнее ситуация, тем интереснее. Ведь просчитывать выход из нее - это очень азартно.
В Сургутском филиале ГУДП «АСС» в основном работают авиадиспетчеры со стажем. По словам Евгения Николаевича, молодежь неохотно идет в эту профессию. Возможно, потому, что ответственность действительно грандиозная, а зарплата, по мнению Медякова, а уж молодых-то тем паче, ей не соответствует. А может, и другая причина есть, например, нынче все больше рвутся в юристы-экономисты. Так что профессию авиадиспетчера при всей ее сложности можно с полным на то основанием назвать редкой. И этим наш герой гордится, хотя и сожалеет, что у молодых романтики и полета в душе вообще не осталось, а потому коллектив не молодеет.
Я знаю, что у летчиков и бортпроводников есть забавный обычай: когда кто-то из них первый раз перелетает через границу России, новичка поливают водой. Оказывается, у авиадиспетчеров тоже есть обычай, но, понятно, свой. Когда приходит молодой специалист и, пройдя стажировку, наконец допускается к работе, этот волнующий момент сослуживцы дружно отмечают по окончании смены. Тосты и у летчиков, и у авиадиспетчеров похожи: первые поднимают бокалы за то, чтобы посадок было столько же, сколько и взлетов, а вторые приветствуют краткость, то бишь поднимают тост: «За безопасность!».
И потому, прощаясь с нашим сегодняшним героем, я пожелала ему, чтобы безопасность в работе сопутствовала ему всегда.
Р.S. Совершенно случайно от знакомых Евгения Медякова мы узнали, что помимо любимой работы в его жизни не последнюю роль играет опять же редкое для обычных людей хобби. Руководитель полетов в свободное от контролирования этих самых полетов время занимается живописью и к тому же является прекрасным резчиком по дереву, способным создать не только чудо-шкатулочки, но и красивейшую мебель. Как говорят знакомые, Медяков часто шутит:
- Выйду на пенсию, займусь этим серьезно, большие деньги буду зарабатывать!
Но, как бы то ни было, о пенсии Евгений Николаевич даже думать не собирается, очень уж по душе ему дело, которым он занимается всю жизнь.