Любовь МЕДВЕДЕВА

При словосочетании «малолетний преступник» у многих в сознании возникает образ хитрого, не по годам расчетливого и жестокого существа, готового идти на что угодно ради достижения одному ему известной цели. На самом деле таких единицы. Основная же масса ребят - дети из неблагополучных семей, не нашедшие тепла и понимания у родных, дети с трудной судьбой.
Пришедшее в редакцию письмо 15-летнего мальчишки, ожидающего сейчас очередного суда, заставило меня навести справки об авторе. Здесь все типично: мать-алкоголичка, ее сожитель, фактически выживший пацана из дома, преступления, совершенные по глупости. Неустроенность, беспомощность, бесперспективность и... желание обрести свою значимость, стремление пусть даже ценой преступления заслужить чье-то уважение, безоглядное доверие к людям, принимающим участие в неудачно начавшейся жизни.
Этот мальчик еще не потерян для общества, он не озлоблен, он еще совсем ребенок. Помните об этом, когда будете читать письмо и делать свои выводы.
«Здравствуйте, журналисты «Сургутской трибуны»! Меня зовут Виталием, мне в этом году исполнится 16 лет. Хочу вам рассказать о своей жизни. Первое, что помню о раннем возрасте, - реабилитационный центр «Зазеркалье», откуда инспектор по делам несовершеннолетних перевез меня в приют в деревню Лямино. Мне было тогда около семи лет. Я в приюте жил некоторое время, подружился с остальными ребятами, мне там нравилось. Но я так и не понял, почему очутился вдали от родных.
Потом приехала мама и забрала меня домой. Уже дома я стал первоклассником. Однако во втором классе меня перевели в интернат. Я все время убегал оттуда домой, меня постоянно разыскивали учителя, воспитатели и одноклассники. Так прошел год. Потом я привык и стал ходить в школу, правда, прогуливал иногда.
Позже я стал воровать. В это время я познакомился с парнем по имени Денис. Воровство нас сблизило. Мы рассказывали друг другу, кто где что украл, а потом решили вместе залезть в одну дачу. Потом в другую. Нам это понравилось, и таким образом мы промышляли три года. Однажды нас поймали и сильно избили хозяева одной из дач. Милиция периодически ловила, но шли отказы от возбуждения уголовных дел.
Я знаю, что был глуп и натворил немало плохого. Однажды я чуть не «загремел» из-за того, что хотел сделать как лучше, а сделал, как всегда.
Я пришел к своему другу Сергею (который был старше лет на десять. - Л. М.) в два часа ночи, и увидел, что тот болеет с похмелья. Он стал просить водки или денег. У меня не было ни того, ни другого. И тогда я решился на ограбление магазина, чтобы ему помочь. Я попросил у него перчатки, а когда он спросил, зачем они мне, признался в своем замысле. Он дал их и пожелал мне удачи. Я понимал, что поступаю нехорошо, но мне так было его жалко!
Я выставил окно в магазине. Когда дело было сделано, я принес Сергею сигареты, пиво, водку и деньги, что взял в кассе. Он так обрадовался, так благодарил!
Конечно, на следующий день меня забрала милиция.
В конце концов меня посадили, правда, за другое дело. Я отсидел девять месяцев и был выпущен по амнистии.
А теперь я снова жду суда, потому что опять украл. Но как раз из-за этой кражи я познакомился с замечательной женщиной-милиционером, ее зовут Людмила Викторовна Лагутина. Мы с ней подружились, и она заставила меня понять, что вся моя предыдущая жизнь не имела никакого смысла, что я не жил, а существовал. И еще мы с ней договорились, что я больше ни разу не украду. Я надеюсь, что так и будет, и мне хочется через газету предостеречь своих сверстников от таких же глупых поступков, как мои. Потому что мне всегда от них было только плохо».
Правда, и не знаешь, смеяться или плакать, читая такие признания. Но, подчеркну еще раз, писал письмо ребенок. Виталий потянулся к человеку в форме, хотя тот и олицетворяет неизбежное наказание, потому, что тот выслушал его, понял... И пожалел. Как может потянуться к любому взрослому, искренне сочувствующему или вновь пытающемуся использовать мальчишку в своих целях. Он сейчас снова на перепутье. Сумеет ли выйти на правильную дорогу, которой никогда не видел? Распознает ли ее? Вопросы, увы, риторические...