Новый Арбитражный процессуальный кодекс вступил в действие 1 сентября
Председатель Высшего арбитражного суда России Вениамин Яковлев, говоря о новом кодексе, прежде всего отмечает, что он четко разграничивает подведомственность - распределение дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами. До сих пор недостаточно ясная разграничительная линия порождала сложнейшие проблемы. Например, если решения акционерного общества оспаривал владелец акций, не являющийся предпринимателем, он шел с иском в суд общей юрисдикции. А предприниматели или юридические лица - в арбитражный суд. Возникали «параллельные» дела, и это превратилось в систему: как только в арбитражном суде начинался спор между крупными акционерами, одновременно в общие суды, причем находящиеся в разных концах страны, подавались иски и выносились диаметрально противоположные решения.
Отныне все дела, связанные с деятельностью хозяйственных обществ, с нарушением прав акционеров - обжалование решений общих собраний АО, советов директоров или действий управляющих, а также все коммерческие споры, касающиеся иностранных предпринимателей (здесь также образовалась «альтернативная» подведомственность), будут рассматриваться только в арбитражных судах. Причем не в десятке одновременно, а лишь в одном - действующем по месту нахождения АО. В судах общей юрисдикции остаются только обычные трудовые споры.
Одна из причин подготовки нового Арбитражного процессуального кодекса, отмечает Яковлев, состояла в необходимости приведения его в полное соответствие с европейскими стандартами. По просьбе России юридический департамент Совета Европы привлек к работе над кодексом лучших западных экспертов. По ее результатам эти эксперты сказали, что, пожалуй, это один из лучших процессуальных кодексов Европы.
- Нам приятно было это слышать, - говорит председатель Высшего арбитражного суда. - Во-первых, создается более надежная система защиты для акционеров - как для крупных, так и для мелких, - для вкладчиков банков. Наконец, создается более надежная защита для малого и среднего бизнеса. Результаты появятся, конечно, не завтра, не сразу, но постепенно соответствующая инерция будет набрана. Во-вторых, усилия, направленные на то, чтобы сделать наше правосудие более быстрым и более качественным, должны неизбежно сказаться на общем состоянии экономики.
Надо сделать так, чтобы деятельность крупных корпораций была более открытой, более публичной. Один миноритарный акционер не в состоянии все проверить и убедиться, что его интересы не нарушаются. Нужна помощь государства... В прошлом нередко случалось так. Стороны приводили доказательства на стадии апелляционного, кассационного пересмотра в Высшем арбитражном суде. И дело возвращалось на новое рассмотрение в первую инстанцию. А причина в том, что одна из сторон не права в споре и знает, что проиграет. Но ей выгодно проиграть не сегодня, а через два года.
Теперь центр тяжести арбитражных судов переносится с основного судебного заседания, в котором выносится решение, на подготовку к нему. На судебное заседание должно выноситься дело, полностью подготовленное к рассмотрению. Новый процессуальный кодекс четко регламентирует эту подготовительную стадию. К определенному моменту каждая сторона обязана представить суду все доказательства, которые у нее есть.
Сверхзадача арбитражных судов - показать сторонам, что им легче помириться, чем судиться. Если стороны выложили все, что у них есть, они сразу видят: есть у них шансы или нет. Судебный процесс дорог. А по новому кодексу проигравшая сторона должна будет возместить все расходы выигравшей: не только госпошлину, но и плату адвокату. Затягивать процесс становится невыгодно. К тому же кодекс наделяет суд правом применять санкции, штрафы к стороне, которая злоупотребляет своими процессуальными правами и недобросовестными действиями затягивает процесс. В этих условиях дело может закончиться до вынесения судебного решения: на любой стадии процесса стороны могут заключить мировое соглашение.
Еще один способ улучшить процесс - дифференциация судебных процедур. Есть сравнительно простые, по существу бесспорные дела, но на них затрачивалось столько же времени, как и на большие и сложные. По новому кодексу, если спора нет, стороны не возражают, сумма небольшая, суд использует упрощенную процедуру, и дело рассматривается в два-три раза быстрее.
Еще одно новшество касается изменения роли прокуратуры в арбитражном судопроизводстве. Новый кодекс оставляет, по существу, лишь два основания для обращений прокуратуры в арбитражные суды. Первое: если прокурор полагает, что нормативный акт, принятый каким-то государственным органом, является незаконным и ущемляет интересы существенного числа лиц. Во-вторых, прокуратура может предъявлять иски о признании недействительными сделок, наносящих ущерб государственному имуществу.
В остальных случаях прокуратура предъявлять иски уже не сможет. Например, она не сможет предъявлять иски к одной коммерческой структуре в интересах другой, ибо это - вмешательство государства в частный бизнес, что недопустимо согласно Конституции и Гражданскому кодексу. Кроме того, раньше генеральный прокурор и его заместители могли опротестовать любое решение арбитражного суда в Высшем арбитражном суде. Теперь же мы вообще ушли от протестов. Высший арбитражный суд будет рассматривать дела только по заявлениям сторон или по представлению прокуратуры. Протест - это требование, а заявление или представление - просьба. Представления прокуратуры и заявления сторон будут иметь одинаковую судьбу - попадут в судебную коллегию Высшего арбитражного суда, которая будет проверять, есть основание для принятия дела к рассмотрению или нет.
Высший арбитражный суд будет рассматривать дело в порядке надзора только в трех случаях: когда судебное решение нарушает единообразие судебной практики; когда решение по данному делу препятствует правильному разрешению другого дела; наконец, когда судебное решение нарушает интересы неопределенного круга лиц или иные публичные интересы.
На непросвещенный взгляд эта формулировка может показаться расплывчатой. Но для арбитражных судов, говорит Вениамин Яковлев, она очень конкретна. Неопределенный круг лиц - это, скажем, крупное акционерное общество или вкладчики банка. Все остальные дела будут заканчиваться на уровне первых трех инстанций. Наша судебная система приводится в такое состояние, когда у сторон вполне достаточно процессуальных гарантий для обжалования решения.
Как известно, в российских условиях борьба за собственность нередко выливается в силовой захват предприятий и разобраться, кто виноват-кто прав, стороннему наблюдателю практически невозможно, ибо атакующая и обороняющаяся стороны ссылаются на разные судебные решения.
Теперь новый Арбитражный процессуальный кодекс будет способствовать тому, чтобы конфликты имели цивилизованный характер. Раз не будет, скажем, решения арбитражного суда и суда общей юрисдикции по одному и тому же акционерному обществу - возможностей для схваток людей в масках будет меньше. Эта причина устранена, но есть другие. Поэтому, считает Яковлев, по всем таким фактам должны немедленно возбуждаться уголовные дела и проводиться расследование: как случилось, что на предприятие пришли вооруженные люди наводить порядок? Никто не может ссылаться на закон, основанием для таких действий может быть только решение суда. Если оно есть, могут прийти судебные приставы, поддерживаемые милицией. Все - больше там никого быть не должно.
С другой стороны, никто не имеет права сопротивляться, если пришли судебные приставы с судебным решением. Во всех этих случаях кто-то должен быть привлечен к ответственности: либо тот, кто незаконно пришел, либо тот, кто незаконно сопротивлялся. Необходимо, чтобы государство навело здесь железный порядок.
Арбитражные суды принимают решения, которые стоят порой сотни миллионов долларов. И трудно даже представить, как давят на судей участники процесса. Такого давления не было никогда: давят деньги, криминал, власти, наемные средства массовой информации. А ведь такое давление - это криминал, можно возбуждать уголовное дело. Неуважение к суду - криминал, неисполнение судебного решения - криминал. Но где дела? Их нет.
Нужны механизмы защиты судей, и они cейчас создаются: с 1 июля Служба судебных приставов Минюста получила право возбуждать дела по таким фактам и проводить дознание. Кроме того, в новом Арбитражном процессуальном кодексе появилась одна очень хорошая норма. Там записано следующее: обращение кого бы то ни было к суду с целью оказания воздействия в пользу одной из сторон судом не принимается. К нам сейчас очень много писем идет (от депутатов и так далее): у вас такое-то дело, такую-то сторону обижают, поэтому рассмотрите повнимательнее, иначе пострадают интересы работников этого коллектива. Теперь эти письма суд будет отправлять обратно.
В начале 90-х большинство споров было связано с приватизацией, потом пошли дела о неплатежах... В последнее время резко возросло число административных дел - споров между предпринимателями и государством. Сегодня они составляют 50 процентов от общей массы (десять лет назад - 1,5).
Болевая точка нашей экономики сегодня - это взаимоотношения бизнеса и государства. И есть опасение, что суды будут раздавлены этим количеством дел, если мы не проведем в ближайшее время серьезную административную реформу. Необходимо рационализировать деятельность государства в экономической сфере, ввести ее в жесткие рамки закона, повысить ответственность чиновника за соблюдение и исполнение законов. Это одна из самых важных проблем и нашей экономики, и нашего экономического судопроизводства.
Сергей ПРАВОВ, «Блиц-Информ».