Входная дверь громко хлопнула, и вслед мне понеслась глухая брань. Это моя мать. Я стою на лестничной площадке. «Надоело все, к черту», - мелькает в голове. Помедлив еще секунду, я быстро сбежала вниз по ступенькам. Четвертая, третья, вторая, первая... Ух! Наконец-то! Настежь двери! Свобода!

Я остановилась в замешательстве на пороге. Мир, в который попала, был совсем не похож на тот, откуда я вырвалась. Бал жизни правили весна и любовь. Яркое солнце слепило глаза, из-под талого снега робко пробивалась зелень, воробьи, громко чирикая, дружно принимали солнечные ванны на одной из веток старого дуба. «Да, весна», - констатировала я, но легче не стало. Надвинув кепку на глаза, поспешила в сторону городского парка.

«Не ходи туда, не ходи», - кричало сердце, вздрагивая, как раненая птица. Чуть сбавив темп, стараясь не шуршать прошлогодними листьями и пожелтевшей хвоей, я пробиралась по аллее. Вот и он. Старый мой друг. Всегда в одно и то же время я находила его здесь. В руках его краски и кисти. Я притаилась за деревьями, боясь и страстно желая лишь одного: вдруг он обнаружит меня здесь, сейчас. И спросит: «Почему?».

Не в первый раз была я здесь, все казалось родным и знакомым: и эта кисть, и рисунок, что из карандашного наброска превращается в нечто большее. Под умелой рукой мастера ожили холодные линии. Девушка, изображенная на холсте, оказалась блондинкой. Ее светлые волосы приобрели соломенный оттенок - не удивительно, что в них заблудился солнечный зайчик. Гордый изгиб бровей, маленькие розовые губы. Но больше всего меня поражал ее взгляд - таинственный, манящий зеленый омут.

Художник уронил кисть и нежно коснулся нарисованных глаз. Вдруг я поймала себя на мысли, что где-то уже видела их. И эту девушку тоже... Портрет был моим отражением, но я считала его идеалом... А идеалом я быть не могу. Никогда. От этих мыслей меня охватила грусть, и предательские слезы засверкали на ресницах.

Вдруг послышались шорох и торопливые шаги. Я увидела высокую крашеную девицу, которая бежала к нему навстречу. Художник обнял девушку, они стали оживленно о чем-то говорить и вскоре ушли, даже не подозревая о том, какая трагедия произошла неподалеку от них, здесь, в городе, наполненном любовью и весной...

Елена ПАМАЗАН, УПК.