Заболело как-то у старушки горло: беспокоит что-то, колет, мешает... Отправилась к врачу. Тот посмотрел, назначил полоскание.
Проходит неделя за неделей. Горло болит все сильнее. Пошла женщина к другому врачу. И этот посмотрел, и тоже назначил полоскание.
Терпела старушка еще несколько месяцев, но невмоготу стало. И спать уже невозможно, и жить... Снова удачу решила попытать, опять к врачу пошла на прием, уж к третьему специалисту. А третий-то и вовсе не на шутку рассердился: я, мол, вас в психушку отправлю, если не перестанете ходить к нам со своим горлом!
Однажды утром у женщины из горла пошла кровь, вызвали «скорую». Фельдшер Евгений Чаплинский не поставил диагноза, но сделал все что мог: увез пациентку в центральную районную клиническую больницу. Там срочно вызвали лор-врача Илью Жигалина, который и удалил из горла... рыбную косточку.
Этот «уникальный» случай из своей жизни поведала мне пенсионерка Е. П. Белая. Екатерине Петровне уже 80 лет, и она, рассказывая про свои хождения по врачам, горько пошутила: «В психушку-то я по возрасту как раз подхожу...». Ничто не обидело пожилую женщину так сильно, как унизительно-пренебрежительное упоминание о психушке.
Отношение к старикам в обществе заслуживает отдельного большого разговора, эта проблема слишком многогранна. Но отношение врачей!.. Людей, призванных быть предельно внимательными к пациентам, предельно доброжелательными, не говоря уж о проявлении чисто профессиональных качеств. «Как страшно жить!» - воскликнет слабонервный читатель, прочитав эту историю про косточку, и будет прав - «психованных» медиков у нас еще хватает.
Из переписки с поликлиникой получилась отдельная и не менее забавная история. На запрос корреспондента «СТ» из поликлиники ДСК, где «лечилась» Екатерина Петровна, ответ так и не был получен. Исполняющая обязанности заместителя главного врача по медицинской работе поликлиники Ирина Мамутова заявила, что они не имеют права говорить о заболеваниях своих пациентов. Мол, отвечать вам не обязаны, а без согласия пациентки говорить о ее болезни не можем. Вспомнили о врачебной тайне, о медицинской этике и благородстве своего труда, когда пришлось защищать честь мундира?
С пациенткой, как выяснилось, медики уже «беседовали». Как сказано в письме, «для выяснения претензий». Теперь Екатерина Петровна, по их словам, «претензий не имеет». Зато претензии есть у автора этих строк. Во-первых, отвечать обязаны. И на запрос редакции согласно закону «О СМИ», и за свою работу согласно и юридическим, и нравственным законам, к коим относится и человеческая совесть. Впрочем, и здесь медики слукавили. Екатерина Петровна не отказывается от своих слов и претензий, о чем лично сообщила в редакцию уже после «общения» с врачами.
Этот материал был уже почти готов к печати, когда ответ на запрос редакции все-таки пришел: от главного специалиста по работе со СМИ комитета по здравоохранению Сургута Анны Максимовой. В нем говорится, что диагноз Е. П. Белой был поставлен при первом же посещении лор-врача, что диагноз этот «зашифрован и сообщить его без согласия родственников мы не имеем права». Кроме этого, «лечение проводилось согласно предписанному этим заболеванием». Далее в письме говорится, что Екатерина Петровна «посещает врача-отоларинголога регулярно, ее заболевание связано с состоянием здоровья по линии эндокринолога».
Не отрицают в комитете по здравоохранению и наличие рыбной косточки, «которая застряла и находилась в гортани больной, о чем свидетельствует запись в журнале экстренной помощи ЦРКБ», как указано в письме. Однако утверждают, что «если бы кость находилась там более одних суток, больная погибла бы от отека гортани».
К счастью, Екатерина Петровна осталась жива, но утверждает в своем письме в редакцию, что обижена на людей в белых халатах, не увидевших в ее горле косточку, «которая мучила меня семь месяцев». Кому же в этой ситуации верить - медикам или самой «потерпевшей»? Лор-врач ЦРКБ Илья Жигалин подтвердил, что удалил из горла Е. П. Белой рыбную косточку, но с ответом на вопрос, сколько она там находилась, не спешил. Выяснив, что корреспондент намерен рассказать эту историю на страницах «СТ», проявил солидарность с коллегами: косточка в горле семь месяцев находиться не может.
А вот независимый эксперт, к которому пришлось обратиться за консультацией по этому поводу, однозначно и категорично заявил, что может. Есть в практике такие случаи, когда косточка «пряталась» и обнаружить ее при невнимательном осмотре не удавалось. В горле косточка может находиться очень долго: вполне вероятно, что и полгода.
Что же мы имеем в результате? «Засекреченный» диагноз, «незапятнанный» мундир и злополучную маленькую косточку, которую не смогли обнаружить три (!) врача поликлиники.
- Если б вы только знали, какое наступило облегчение, когда врач мне ее удалил! - со слезами говорит Екатерина Петровна. - От всей души я благодарю Илью Сергеевича и Евгения Семеновича, дай им бог доброго здоровья. И всем добрым людям мой низкий поклон...
Искренность пожилой женщины в этих словах граничит с пафосом, но и это объяснимо. Можно себе представить, как мучительно ей было оставаться один на один с изнуряющей болью целых семь месяцев, не получая квалифицированной помощи. После этого, естественно, даже самое минимальное соучастие приобретает масштабы вселенской доброты.
Тамара Дмитриева