Женское лицо сургутской преступности - то же, что и в других российских городах: мошенницы, воровки, девочки-наркоманки из неблагополучных семей... Но все чаще дамы берутся за холодное оружие и вершат насильственные преступления, обычно - на почве семейно-бытовых конфликтов.
В деле - два ножа и ковш
«Ну, еще раз - за тебя, милая! 27 лет - это не шутка! Как, водка закончилась? Я быстро: до магазина и обратно. Подарок тебе принесу! Жди!» - и Геннадий покинул невесту всего на полчаса.
Зинаида приуныла: вот уж 30 лет скоро, а ведь жизнь как-то по-бестолковому проходит. Сначала были амбиции. Но - педколледж, «заочка» на факультете юриспруденции в МГУ - образование везде незаконченное. Развод с пьяницей-мужем. Немного героина, а потом от «передоза» умер любимый брат. Сейчас вот машину чужую разбила - деньги еще долго выплачивать, квартиру приходится сдавать. Геннадий, конечно, хороший человек, но мать его, говоря по правде, свинья порядочная! И опять она в дверь стучит: снова оскорблять пришла, сварливая старуха?
...Холодная вода освежала лицо - Инга Петровна умывалась и довольно отфыркивалась. Наконец-то она все высказала Зинке - этой приживалке, наркоманке. И про то, что Генка вкалывает на работе, а невеста деньги только тратит, паразитирует на теле семьи! И про то, что такую грязь и гадость в доме развела, что и Гоголю не снилось. И про то, что кончит она, как и братец ее непутевый, - под забором где-нибудь... На этом последняя водная процедура Инги Петровны оборвалась. Зинаида на оскорбления будущей свекрови отозвалась живо: всадила ей в спину кухонный нож. «Убить меня решила?! Да я сама тебя убью!» - кричала свекровь, пытаясь сопротивляться. Зина еще раз пять ударила женщину так, что нож сломался. Тогда в ход пошел металлический ковш - им Зина била женщину по голове. Когда и ковш сломался, девушка сбегала на кухню за другим ножом и перерезала Инге Петровне горло. Отдышавшись, собрала вещи и пошла встречать жениха на улицу...
Суд приговорил Зинаиду к восьми годам лишения свободы в колонии общего режима.
«Я тебя породила...»
Юрий Первушин только что вернулся с работы и недоумевал: что же случилось с Настей и Марком? Он перечитал записку жены: «Мы в больнице». Правда, двухмесячный сын в последнее время был вялым, много капризничал, совсем не спал - наверное, животик беспокоил...
Заварив кофе, Первушин задумался. С Анастасией Левиной он жил в гражданском браке вот уже год. Уж неизвестно, почему не хотела она расписываться в загсе. Конечно, трудно было отойти от прошлого брака - сколько крови попил у нее первый муж, этот злосчастный неврастеник! Наговаривал на жену, упечь хотел за решетку. Юрий вспомнил речи Левина (двоедушные наверняка!): «Ты поосторожнее с Настей, психованная она. Нельзя ей рожать». Первушин не раз думал о той страшной истории, но был уверен, что на Настю клевещут. Якобы укачивала она своего первенца Тимурку, да и головкой об стол ударила! Закрытая черепно-мозговая травма, правосторонний паралич, малыш ослеп. Да, Анастасия - девушка вспыльчивая, частенько депрессиями мучима, это и врач говорил. Но как тут не заболеть - суд приговорил к исправительным работам, слава Богу, под амнистию попала. За Марком Настя ходит исправно, ребенка обожает.
«...Куда направить эту мамашу с ребенком, потерявшим сознание? Ну совершенно неясно, что с ним такое, совсем же грудничок!» - волновались врачи «скорой». Впрочем, немного времени понадобилось, чтобы выяснить - везти надо в травматологию. «У ребенка - закрытая черепно-мозговая травма, кровоизлияние в мозг, перелом правой теменной кости» - диагноз врачей ошарашил Настю Левину. Как-то сразу она обмякла и рассказала все. Неделю назад она... ударила младенца кулаком по голове. Марк так верещал, она уже устала от его крика. Несильно стукнула, зато он сразу успокоился! Даже и не верится, что обморок ребенка - это последствие того удара, давно ведь было.
Сейчас ребенка воспитывает еще один отец-одиночка, покинутый Анастасией Левиной, - женщина четыре года проведет в колонии общего режима.
Разошлись
«не по-интеллигентски»
«Щас как дам в пятачину, сразу потеряешься!». Одиннадцатилетняя Света Зимина уже знала, к чему ведут эти ночные крики. Папа опять вернулся пьяным, разбудил маму. Неужели опять запой и серии скандалов? Свету мучили совсем недетские мысли: она знала, что сейчас отец примется кидать стулья, грязно ругаться, насиловать маму, угрожая и дочери. Уже полгода прошло с последней драки, и девочка верила, что ужас больше не повторится. В тот раз синяки у мамы долго не сходили. Приехала бабушка, разговаривала с папой, а он просил прощения. Потом Свету долго водили в больницу - дергались глаза, над нервным тиком смеялись одноклассники. Да и уроки с бессонными ночами не усваивались. Неужели - опять?!
«Папа, не трогай маму!» - Света вбежала в зал, пытаясь прикрыть мать. Но удар отцовского кулака заставил девочку отлететь в угол. «Теще звонишь? Дай-ка и мне трубку! Алло! Мамаша, не волнуйтесь! Я своих женщин воспитываю!» - на несколько минут Иван Зимин отвлекся, разговаривая по телефону с матерью жены.
Анжела Зимина выбежала на кухню. Дрожащими руками она нащупала нож. Как же так повернулась ее жизнь? Начиналось-то все гладко, счастливо, интеллигентно. Она - преподаватель одного из городских вузов. Он - пожарный, бесстрашный рыцарь в парусине, спасавший чужое имущество от огня. Росла желанная дочка. Все успевалось на работе: занятия со студентами, КВНы, научные труды. А вот эти два года прошли в сущем аду. Иван увлекся сперва наркотиками, потом - игровыми автоматами, сейчас - алкоголем. Пропивал и проигрывал все деньги - Анжелину зарплату, отпускные. Брал в долг у ее подруг и тут же безвозвратно тратил. Хотела ведь развестись, а все мама: «Анжела, он же добрый человек, одумается еще!». Но все повторяется. Как она устала от этих грязных, страшных ночей - раздирала в кровь губы, но молчала, лишь бы Светочка ничего не услышала. Но что уж тут - ребенок все видит, понимает. В прошлый раз Ваню успокоила, пригрозив ножом. Может, и на этот раз получится?
«Ну давай, ударь меня! Пусть тебя посадят!» - Зимин решительно не реагировал на нож, слезы и мольбы. Вот он опять тянется, чтобы ударить дочь. Анжела отталкивает его, забыв, что зажала в руке нож, - и попадает острием в сердце мужа...
«Это зверское, спланированное убийство! Она убила его из-за квартиры!» - доказывали на суде родственники Зимина, приехавшие на слушание из Казахстана. «Я помню, как он заплетал нам с сестрами косички! Наш мальчик - просто безобидный пухленький хомячок!» - вспоминали Зимины своего брата «двадцатилетней давности». Анжеле назначили год условного наказания.
Мария Уварова.
Фамилии изменены.
По материалам Сургутского городского суда.
Коллаж Александра Онопы.